Университет Чароплетства. Ворон

Рантар перевел взгляд на Лепорта и с удовольствием отметил его бледность, усталость и общий нездоровый вид.

— Ну, чего мнешься, заходи, говорю, — повторил Асти.

— Воздержусь. — Лепорт был лаконичен.

— Чегой-то вдруг? Кто еще накапает тебе в блюдце лучшего келарского?

— С начальством больше не пью.

Лепорт поморщился и прижал руку к левому боку. Рантар поймал себя на мысли, что ему совестно: все-таки декан материалистов самый настоящий безумец, который обожает чужую боль.

— Очень зря, — пожал плечами Асти. — У меня в кабинете стоит ящик вина из семейных погребов.

— Пожалуй, отка…

— Да брось, дружище, — перебил Рантар. — Как-никак праздник.

Лепорт замер на полушаге, на его лице появилась шкодливая улыбка, заставившая Асти поднять щиты.

— Я тут вспомнил.

— Что именно? — осторожно уточнил декан боевиков, прикидывая, как лучше встать, чтобы оказаться под прикрытием несущей стены здания, мало ли.

— Замочимоль сегодня видели в очень странном состоянии. Охрана университета отметила его помятый вид и утверждает, что профессор выглядел так, словно провел ночь с демоном похоти и вожделения.

Рантар активировал заглушающие чары.

— А после разговора с кукольником наш любвеобильный снова превратился в незаметную летучую мышь.

— Та-а-ак… — протянул Асти, закрывая дверь кабинета.

Когда он размашисто шагал к Лао, ему в спину раздался крик Лепорта:

— Командир, так что там с келарским? Праздники ведь…

Это немного остудило пыл Асти. Он решил, что для начала спросит, и уж потом начнет швыряться заклинаниями.

— Приветствую декана боевого факультета, — поклонилась она, и серьги ударились о фарфоровую шею.

— Пошла прочь.

— Как вам будет угодно, — вновь поклон, — но господина нет на месте.

— И где же он? — процедил Рантар, с ненавистью разглядывая дверь кабинета: хитрый лис затеял игру и не потрудился сообщить об этом.

— Его вызвал император во дворец Северного ветра.

В отличие от Асти, Лао являлся подданным двух государств.

— Он просил что-нибудь передать?

— Да, — кивнула Красная. — Господин вернется, когда поспеет вишня, а рябь на воде превратится в шторм.

— Ясно, — соврал Асти, развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел обратно.

— Ты быстро, командир, — удивился дожидающийся его Лепорт.

— Заходи, — бросил Рантар, и Теодор проследовал за ним в кабинет.

Всю ночь там горел свет. Мужчины пытались разгадать слова Лао.