От жалости до любви

При её словах, Кея вздрогнула. Слава Творцу, что ей повезло с мужем! Но неужели Алисия будет стрелять в людей, пусть они и бунтовщики? Даже представить такое было страшно. Тем временем кузина снова посмотрела в окно.

- Нам не прорваться, - сказала она словно самой себе, - хотя есть небольшой шанс… Их слишком много, и они всё прибывают. А дорога началась плохая, Гарри не может ехать быстрее. Видимо, бунтовщики давно уже сидят здесь в надежде поживиться чем-нибудь вкусненьким. Ну, ничего, мы им устроим!

Кузина взяла револьвер и высунулась в окно.

- Ты будешь стрелять в них? – вырвалось у Кеи, прежде чем она успела обдумать сказанное. Алисия скривилась.

- Не будь такой трусихой. Думаешь, они пощадят тебя, если захватят карету? Да смерть от пули тебе просто раем покажется!

Кея вздрогнула и сжала губы, молясь о том, чтобы не потерять сознание прямо сейчас, в карете. Она не могла, не умела быть такой как Алисия. Кузина, похоже, совсем не волнуется. Та перезарядила револьвер. Шляпка слетела, локоны выбились из причёски и упали на гладкий лоб.

Даже в свои тридцать с лишним лет, она была красивее, чем Кея, особенно сейчас, правда какой-то своей, пронзительной красотой.

Внезапно раздался выстрел где-то совсем рядом с ними. Кея вздрогнула и вжалась в сидение. А потом она услышала глухой стук, словно что-то тяжёлое упало на крышу кареты. Кузина выглянула в окно, прицелилась и выстрелила.

- Готов, - сказала она. Потом прислушалась к чему-то. Карета начала замедлять ход. – Плохо дело.

Кажется тот бунтовщик с ружьём, которого я только что убила, всё-таки достал Гарри. А это очень плохо. Я не смогу править каретой и стрелять. Ты хоть раз в жизни стреляла?

- Нет, - Кея помотала головой. Её мутило от страха, сознание уплывало. Мысль о том, что ей придётся ещё и в кого-то стрелять, была вообще невыносима.

- Ладно. Тогда полезешь на крышу, управлять лошадьми. Не бойся. Я буду рядом. Посмотрю, чтобы в тебя никто не попал. Ну лезь! Что ты стоишь?

В крыше кареты было окошко, которое можно было открыть, чтобы поговорить с кучером.

Кея дрожащими руками нащупала засов и потянула на себя. Смазанный засов поддался сразу. Окошко распахнулось. Она сжала до крови губы, встала на лавочку. Алисия снизу подтолкнула её, и она вылезла на крышу. Лошади неслись свободно. Мёртвый кучер лежал на облучке. Главное, не упасть в обморок. Надо было срочно взять поводья и направить лошадей обратно, на дорогу. Карета в любой момент могла угодить в кусты.