От жалости до любви

Зима в Гарлетоне никогда не лютовала, впрочем, как и во всей южной части Аррании, но всё равно была грязной, мокрой и холодной. Кея не любила зиму, и сад и беседка приглянулись ей именно потому, что здесь ещё бродил отголосок лета. Вечнозелённые растения, радовали глаз, выступая из обильного тумана, а гроздья тарии – маленьких синеватых и вяжущих рот ягод, свисали почти до самой земли. Совсем скоро Кея уже не сможет гулять здесь. Землю укроет холодным снежным покровом, который превратится в грязную слякоть, потом опять в снег и так по нескольку раз в неделю, всю зиму.

Поэтому она наслаждалась последними деньками для прогулок, и совсем не удивилась, когда на дороге, увлечённо беседующий сам с собой, появился её муж. Кея перестала вздрагивать от его появления. Она уже почти не испытывала страха перед ним - муж казался ей самым безобидным человеком, из всех, которых она знала. Но тем более сложная стояла перед ней задача. Кея вздохнула, наверное, достаточно громко. Мистер Рихтер обернулся.

- Доброе утро, Кея, - его улыбка и глухой голос каждый раз приводила её в смущение.

Она опустила глаза.

- Доброе утро, Грегор, - всё-таки она научилась называть его по имени, почти не краснея от этого. А потом всё-таки набралась смелости и спросила. – О чём вы так увлекательно разговариваете сам с собой?

Муж смутился и поправил очки своим обычным жестом. Кее на минуту стало совестно - она не хотела его дразнить. Ей, правда, было интересно.

- Я исследую записи из пещер Ирзади, - всё-таки ответил он.

- А что за записи?

Мистер Рихтер вздохнул, потом присел рядом и начал рассказывать.

Кея слушала, затаив дыхание.

- Ты, наверное, знаешь, что в Айларии раньше жили драконы. И здесь в Аррании и на севере в Ирзади и даже в Илдоне. Они были мудры и делились с людьми своими знаниями. Но уже как два столетия они исчезли. Их больше никто и никогда не видел. Что это было – неизвестно. Может быть, какая-то болезнь или катастрофа, может быть ещё что-то. Предположений – масса. Но, насколько они близки к истине – нельзя узнать до тех пор, пока не прочтены записи из Ирзади.

Перед своим исчезновением, драконы оставили записи на стенах, в пещерах Ирзади. Там, предположительно, обитала последняя пара. Никто за эти годы не мог расшифровать записи. Для них нужно знать язык драконов, а он умер вместе с ними. Я пятнадцать лет бился над изучением их языка. И, кажется, сейчас могу уже начать расшифровку, - Кея посмотрела на мужа с уважением и ещё с чем-то, похожим на восхищение.