От жалости до любви

Ну конечно же! Грегор вскочил, расплескав чай, и бросился к столу, на котором лежали книги, вперемешку со свитками и листами бумаги. Он обмакнул перо в чернильницу и начал выводить на бумаге какие-то странные замысловатые символы. За этой работой его и застало утро.

Невыспавшийся, но счастливый, он допил холодный чай, оставшийся на донышке чашки, и направился в спальню. Вот теперь можно было отдохнуть! Последние буквы были найдены. Осталось только прочитать. У него были точные копии записей из пещер Ирзади. Если он сможет расшифровать их – это будет настоящее открытие.

Правда, скорее всего, его никто не оценит. Грегор грустно улыбнулся. Дядя был прав. Сколько раз он говорил ему забросить свои исследования и заняться тем, чем должен заниматься человек его статуса – преподавать, в академии, например. Но ведь его это совсем не увлекало!

Вспомнив про дядю, он устало потёр лоб. Грегор совсем забыл про письмо. И, правда, как точно старик изучил его! Конечно, желания идти на бал у него не было никакого, тем более сейчас, когда видно окончание его трудов.

Но подставить дядю он не мог. Положение мистера Эрдариуса, как правящего лорда, и впрямь было очень шатким. В своё время Грегор изучал правящие роды и достаточно усвоил об этом, чтобы понять – в письме дядюшка не шутил. Значит, придётся обязательно явиться на бал, да ещё и принести извинения за отсутствующего родственника.

- Мадам Берс, – Грегор остановился возле столовой, где эта женщина накрывала на стол, и позвал её. Мадам была кем-то вроде домоправительницы.

Живущая в доме с незапамятных времён его детства, она знала все желания Грегора и неизменно учитывала их. Он был ей безумно благодарен и не желал иной заботы.

- Да, профессор, – тут же откликнулась она, выходя из столовой и торопливо вытирая руки о передник.

- Узнайте, пожалуйста, когда бал в доме Друфарса и распорядитесь насчёт надлежащей одежды и экипажа.

- Вы едете на бал? – Удивлению мадам Берс не было предела.

- Приходится, – Грегор отвечал кратко, боясь, что последуют расспросы, и ему придётся пожалеть о принятом решении.

Да он уже жалел! Но дядя не оставил ему выбора.

***

Во дворике большого дворянского дома было тепло, но не жарко. Полуденное солнце освещало девушку в лёгком, молочно-белом платье, расшитом кружевами по последней моде. Она была очень юной и прелестной, с маленькой ямочкой над верхней губой и милым курносым носиком. Кудрявые волосы непослушными прядями спускались на плечи, покрытые батистовым платком.