Тень Луны. Проклятие Яра

Предательское тепло поселилось в груди девушки, заставляя смущенно следовать за Яннисом.

❂❂❂

Знойная южная жара вновь сменилась пронизывающими ветрами севера. Долгое путешествие и жгучий мороз больше не пугали Вегу. Девушка стойко переносила все неудобства, лишь изредка позволяя себе жаловаться в собственных мыслях.

За весь путь к гильдии они ни разу не говорили о том, что произошло на приёме. Вегу радовало, что больше не надо ничего скрывать от магов. Однако чародейку тревожила реакция Феликса, точнее, её полное отсутствие.

Вернее, из какой семьи она была.

Эта мысль всё ещё неприятным лезвием скользила по сердцу. Девушка любила отца и в отличие от него, не могла так легко отказаться от семьи.

И всё же, отчего Феликс так молчалив? Разумеется, он всё время весьма неболтлив, но тёмный маг не доверял ей, а узнав, что она Гросс, не должен ли маг земли прийти в ярость? Вега украдкой следила за рыжеволосым, пытаясь разгадать его мысли.

Но едва ли девушка могла знать, что спокойствие Феликса — это спокойствие моря после свирепого шторма.

❂❂❂

Вечер после приёма.

С каждым услышанным словом лицо мага земли приобретало хмурые нотки, а цвет его глаз становился похожим на переливающееся жидкое золото.

— Так и знал, — с нотками торжества произнес он. — Я был уверен, в её происхождении кроется подвох. Как поступим дальше? Вернемся в гильдию и расскажем мастеру, кто она?

— Нет, мы не станем этого делать.

— Что значит, это твоё «нет»? — вздернув бровь, спросил рыжеволосый. — У тебя помутился разум, и ты не понял, что эта девчонка — дочь твоего врага?

— Я всё прекрасно понял. Послушай, не скрою, я и сам отнесся к ней с враждебностью в первый день. Но ты должен кое-что осознать, — спокойно говорил маг молний, словно объяснялся с маленьким ребенком.

— И правильно сделал...

— В тебе говорит злость, но отбрось все чувства хоть на секунду и трезво оцени все её поступки, — Яннис надеялся, что сумеет достучаться до рассудительности Феликса, о которой тот все чаще стал забывать.

— Я не желаю ничего слышать об этом человеке, — процедил Феликс, старательно прогоняя отрывки не самых приятных воспоминаний.

Детство Феликса было тихим и беззаботным. У него была любящая и нежная мама, сильный и жизнерадостный отец. Но вскоре всё круто изменилось.