О чём мечтают принцессы?

Из-за того, что рядом были источники магии, то есть, обращенные дракониды…

Она осеклась, потому что Ирвин пошло присвистнул.

– Ваше высочество, вы так хорошо осведомлены о подробностях физиологии драконидов. В книжке вычитали или рассказал кто?

– Всё это не важно, – сказал Дарнелл, припечатав взглядом едва открывшую рот сестру. – Мы не обязаны разбираться в причинах их конфликта. Мы – пострадавшая сторона…

– Насколько мне известно, никто не пострадал, – возразила Тина.

Принц вздохнул, встал из-за стола и, подойдя к сестре, коснулся её плеча.

– Тина, присядь. Ты сама на себя не похожа. Что на тебя нашло?

– Может, у неё какой-то личный интерес к этому Адальберу? – предположил Ирвин.

Тину позволила усадить себя в кресло для гостей и настороженно посмотрела на Ирвина. Дарнелл махнул ему рукой.

– Ирвин прекрати, не смущай ее. Твои шуточки неуместны.

– Никто не пострадал, – повторила слегка успокоившаяся принцесса. – Никто не погиб, дворец не разрушен. Почему их надо было наказывать?

Какой же она ребёнок.

Живёт в красивом и дружелюбном мире. В таком прекрасном, но выдуманном. Дарнелл раньше тоже знал только его.

– Послушай, милая. К счастью, всё обошлось без жертв, но всё же не бесследно. Люди сильно испугались, а среди них были и дети. Многим понадобилась помощь лекарей, чтобы успокоить нервы. Маркизе Ивонне стало плохо с сердцем – в юности она видела, как дракон из ущелья на границе с Вермирией растерзал её отца вместе с конём. Были и те, у кого обгорели волосы и одежда.

Представляешь, какой шок они пережили, думая, что сейчас сгорят заживо? Так же в разной степени урона обгорело несколько столов с угощениями и одна фигура из цветов. А ещё я сам видел, как в панике толкнули музыканта из оркестра маэстро Стефана, и выпавшая из его рук старинная мандолина разбилась в щепки.

Он намеренно был суров, и юная принцесса скорбно опустила глаза.

Должно быть, что-то для себя осознала.

– А парк? – Дарнеллу было нелегко продолжать, но он решил, что иногда бывает полезно сталкивать младших сестёр с реальностью.

– Ты видела, в каком он сейчас состоянии? Три дерева безвозвратно потеряны, сгорели до углей, и сегодня садовники должны их выкорчевать. Ещё четыре ясеня обгорели, им понадобится много времени, чтобы восстановиться. Ох, Тина, видела бы ты глаза Сильвана. Он смотрел на это безобразие, как воин, потерявший товарищей на поле брани. Он же их из семян вырастил, из тех, которые хранил, покинув родину.

Губы Тины задрожали.