Так себе психолог академии Армора

Шла, откровенно говоря, нога за ногу, очень не хотелось торопиться, с радостной улыбкой, туда, где совсем недавно видела гуляющих умертвий.

Очень уж у них прогулка своеобразная, с озорным швырянием кольев в студентов, демонстративным щёлканьем выпадающих челюстей возле самой лодыжки и игрой в догоняшки среди надгробий.

Девчонки настроились на мой торжественный шаг, в ворота кладбища мы зашли слаженным строем. Меня интересовало, как долго нам тут торчать, прежде чем можно будет пойти на ужин. Лаванда доставала всех просьбой повторить слова Даниэля о том, что она симпатичная.

Угораздило его глупость ляпнуть при ней. Теперь точно не отвяжется. Катарина закрепляла причёску, шпильки всё норовили свалиться с её тёмных волос. Остальных девушек я не видела и не слышала. И только надеялась, что их никто не утащит, с конца колонны.

— Ой, магистр Лука! — взвизгнула Катарина, отпрыгнув в сторону.

— Где?! — напряжённо спросила я, всматриваясь в темноту, где белели надгробия, и слышалось далёкое журчание ручья.

— Написано, что был великим магом прошлого века, скончался в муках, предварительно добровольно завещал своё тело магии, — дочитала Катарина надпись с покосившегося, не раз падавшего, надгробия.

— Профессор Горв! — озвучила надпись на очередном камне Амали, сдувая серебристую прядь со лба, — был великим магом этого века, скончался в муках, предварительно добровольно завещал своё тело магии.

Ещё больше не хочу быть педагогом этой Академии! Тут, похоже, других вариантов уйти с должности, как скончаться в муках, не существует.

— Леди-педагог Камилла! — нашла нашу подопечную Лаванда, — великий, единственный и последний астролог Академии Армора, скончалась быстро, с улыбкой, завещала своё тело магии.

Хорошие новости — блондинку ещё никто не утащил, раз она подала голос. На этом радостные известия, к сожалению, закончились.

— Какого беса здесь творится? — громом раздался разъярённый мужской голос, кто говорил, было не видно из-за быстро спустившихся на кладбище сумерек. Причём за оградой белело здание Академии, вовсе не собираясь погружаться в закат.

Визг перепуганных девчонок, столпившихся за моей спиной, оглушил. Я не успела их быстро успокоить, предупредить, что в ругающемся узнала принца Алекса. Его широкоплечий силуэт закрыл две луны, но интонации я не перепутаю, точно.

Как и говорили студентки, под ногами лежало порядочное количество утерянных деревянных кольев. Я сделала в уме примечание, что надо учить девушек сначала думать, потом делать.