Женить вслепую

Миновав холл мы прошли по мрачноватому коридорчику и очутились в кабинете.

Я не скрывая любопытства огляделась по сторонам пытаясь понять чем же здесь занимается эта женщина. Увы. Вполне среднестатистический набор: добротный стол, несколько кресел, пара стульев тут и там, стеллажи вдоль стен. Книги, какие-то тетради, папки с бумагами, канцелярские принадлежности.

— Присаживайтесь, — гостеприимно предложила хозяйка кабинета, занимая своё место. — О чем вы желали поговорить?

— О вашей подруге…

— Новость о Даниэле дошла до дворца… — не столько спросила, насколько констатировала Флоренсия.

Я лишь кивнула, подтверждая догадку, и подбирая слова.

— Дело в том, что… — начала я, и запнулась.

— Фло! — раздался приглушённый оклик, одновременно с этим дверь в кабинет резко распахнулась и на пороге, переводя непонимающий взгляд с меня на Флоренсию застыла смутно знакомая рыжеволосая девушка лет двадцати с небольшим.

— Дана?! — в интонации моей визави слышалось неподдельное удивление. Явно эта девушка была здесь не частой гостью.

Наверное это судьба. Именно сейчас сюда занесло ту, о которой я хотела хоть что-то разузнать.

Так вот ты какая, дочь барона Даниэль Дертонс. Не скажу что красавица. А может причина в том что по жизни никогда не любила рыжих? Причём причина смешная до боли. В детстве притащила домой кота. Рыжего, ага. Родители сжалились над блохастиком, позволили его оставить. А он… Гад! Иных слов нет. Никакой благодарности! Гадил везде, скреб стены и мебель, за что мне вечно влетало, и приходилось уничтожать последствия его закидонов.

В общем, особой симпатией к девушке я не воспылала. Наверное это и стало причиной напряжённости в общении. Несмотря на то что Флоренсия тактично удалилась, позволив переговорить нам наедине, Даниэла ни в какую не желала откровенничать.

— Вы сваха? Вот и выберете кто из них мой истинный, — надменно заявила она.

Будь я истинной герцогиней и принцессой наверное сразу как-то иначе повела себя. Но… Я оной не являюсь. И жутко боюсь разоблачения. А потому упустила момент, вместо давления начав использовать уговоры.

Долгое молчание было мне ответом. И спасибо за передышку, появилось время всё взвесить и обдумать. В итоге, сформировалась более или менее правдоподобная версия моего поведения.