Кровавый закон

Девушка не могла ни пошевелиться, ни закричать, чтобы предупредить Лекса. Однако ему помощь и не требовалась. Момент, когда он перехватил острый предмет, Олиф проворонила, но ей почему-то казалось, что разбойник успел пырнуть им Лекса.

— Ты гля-а-ань!! — крикнул один из мужиков. — Да он с подружкой!!

— Сперва с этим уродом разберемся, — сплюнул другой мужик, и вытер рукавом кровь с губы.

Неожиданно третий разбойник, не принимавший участия в их разговоре, повалился на землю. Сквозь плену, застелившую глаза, Олиф различила бурую кровь, которая нескончаемым потоком выливалась из глубокой раны на шее.

— Ах ты скотина!!! — заорал кто-то из них.

Кажется, кинулся на Лекса. Что было дальше, Олиф не поняла. Она бессильно съехала вниз по стволу. Кровь. Как же она ненавидит вид этой мерзкой алой жидкости. И это тошнотворное чувство, которое ею овладевает всякий раз, стоит ей посмотреть на эти багровые сгустки.

К ней приближалась тень. Олиф сразу поняла, что это не Лекс. Быстро вскочила на ноги, пытаясь нормализовать зрение.

Неожиданно прямо позади него появился Лекс, перехватил рукой горло, и прижал огромного мужика к себе спиной.

— Ударь его! — скомандовал он.

— Я? — опешила Олиф.

— Да ты! — пропыхтел мужчина. Разбойник пытался вывернуться, и Лексу стоило не малых усилий удерживать его.

— Я не могу! — воскликнула девушка.

— Можешь! Живо!

— Я не могу!

— Бей!!!

— Куда? — панически заорала она.

— Куда-нибудь! Олиф бей, мать твою!

— Нет!!! Я не могу!!!

Лекс схватил мужика за голову и жестко крутанул ее вправо. Что-то хрустнуло, и разбойник повалился на землю.

— Прости, — тихо выдавила девушка.

И только тут она заметила, что Лекс держится за скулу.

— Ты полная идиотка, — гаркнул он на нее.

— Я не могу бить людей, — севшим голосом ответила Олиф.

— Убивать можешь, а бить нет?

У нее не нашлось, что ответить. Она подняла на него покаянный взгляд. Кажется, со скулой ничего серьезного.

— Болит? — глупо спросила девушка.

— Нет.

— Сильно он тебя…

— Нет.

Лекс развернулся и пошел собирать какие-то вещи по всей поляне. Олиф уставилась в землю. Она не умеет драться, и никогда не сможет ударить человека. Тем более, просто так. Из чьей-то прихоти.