Ректор вам в сад, или Дракон в ягодах

И хотелось ему показать свою силу, себя показать Алене во всей мощи. Как тот альфа-самец, что встает в лучшую позу, вертится, выгибает спину, чтобы самка увидела, как он хорош.

А когда накатывало желание так, что одежда начинала причинять вполне ощутимый дискомфорт, Рун старался дышать ровнее и запускал руки в карманы. Вдыхал пряный запах местных цветов: насыщенный, густой, но не приторный. Наполнял легкие лесным воздухом и отвлекался беседой с Тошкой. Так Алена называла мальчугана, и Рун почему-то сразу подхватил эстафету.

Он и тут не имел ни малейшего понятия – есть ли право у малознакомого землянке дракона так фамильярно обращаться к ее сыну… И опять же старался задвинуть сомнения куда-нибудь подальше. Алена выглядела расслабленной, веселой, спокойной. Ее напряженные скулы округлились, глаза лучились весельем. Землянка больше не скрещивала руки на груди, демонстрируя, как закрывается от Руна и не впускает его в свой мир. Больше не отстранялась всякий раз, когда они задевали друг друга, или рука Руна оказывалась на ее талии.

Кажется, она его принимала…

Так принимает планета гостя из космоса, который вторгся в ее атмосферу звездолетом, взрыхлил землю во время посадки и отгородился от всего живого скафандром. Медленно планета присматривается, убеждается, что ничего плохого незнакомец ей не желает, не хочет и даже не задумывает. Просто пытается выжить. Он снимает шлем, дышит чистым, чуть влажным воздухом свободы и уже совсем иначе общается с дикой природой незнакомого края.

Рун снял шлем молчания вокруг определенных тем, сбросил скафандр отговорок, когда речь заходила о чем-то для него личном и важном. И Алена заполнила его мир так, как природа заполняет мир космолетчика. Полностью и безвозвратно.

В этом были и риск, и вдохновение, и настороженность, и надежда. Рун прекрасно понимал, у Алены нет пары, и она совсем не обязана ответить на его чувство, но все равно так или иначе говорил о том, что испытывал. Коротко, емко, не до конца. Но она понимала. Судя по ее взглядам и смущению.

Она улавливала все и раздумывала. И это рождало вдохновение, надежду на то, что Алена станет сильнее симпатизировать вельмеру.

…Они обошли Эльрис Заррай несколько раз. Рун уже и не помнил, как давно столько ходил. Это было довольно непривычно для оборотня. Пожалуй, странно.

Но Алена продолжала двигаться, Тошка вприпрыжку несся вперед, и вельмер как привязанный следовал за ними. Двигался так, будто его магнитом притягивало к этим двоим.