Мятежники

Это приказ. И я не собираюсь его обсуждать. Выйди за дверь.

Сверр ушёл, с силой хлопнув дверью. Агнея не нашла эту идею привлекательной. Одно было верно. Напрашиваться к ним в компанию ни у кого больше не было ни малейшего желания.

Глава 10. Драконов бастард

Сверр был зол на весь свет. Он с таким свирепым видом вышагивал по анфиладе, что и слуги, и драконы находили лучшим переждать в стороне. Глядя, с какой готовностью Сверр ожидает вопросов от встречных, Агнея решила, что капитану даже хотелось бы, чтобы кто-нибудь стал набиваться к девушкам в сопровождение.

Жертву ему поймать так и не удалось.

Розамунда напросилась на Горячие источники, Агнее тоже было любопытно взглянуть на знаменитое место, и им пришлось довольно далеко уехать от замка. Серр не стал ждеть, он сдернул одним махом рубашку с коттой, закинул на коня, и через миг уже взмыл вверх. Только когда дорога стала слишком крутой и неровной для лошадей, девушки спешились. Даррен прихватил странного вида сумку, на очень длинной и толстой ручке. Агнея уже знала, что это седельная, или, вернее, летательная сумка для дракона, но оборотни почему-то не уважали никаких приспособлений и старались пользоваться ими как можно реже.

Нести обед, одежду и плащи пришлось самому Даррену. Обращаться к девушкам с такой просьбой он даже не подумал, а просить о чём-то капитана было не самое подходящее время.

В этот раз они поднялись действительно в поднебесье. Агнея ещё никогда не летала на такой высоте. Чёрный Дракон удрал от них, и Агнея думала, что он уже потерял их из виду.

Розамунда оказалась очень красивым драконом, не зря её назвали Агатовой, чешуя горела всеми оттенками коричневого, а полосы на шее и крылья выделялись рыжевато-песочным цветом. Она крутанулась вокруг себя, потом ещё, и ещё раз. Если бы драконы умели хохотать, то можно было поспорить — агатовый дракон заливался сейчас счастливым смехом.

Серебряный же дракон дрожал от страха. В голове у Агнеи рисовались сотни жутких картин. Вот она случайно обернулась в воздухе и разбивается.

Врезается в скалу. Или, того хуже, глупо шлёпается, а Сверр с Розамундой над ней смеются. Мамочки, как же высоко!

Драконы поднимались и поднимались. Агнея едва замечала потрясающую красоту. Все мысли были о том, чтобы удержаться в воздухе. Между двух скал порыв ветра тряхнул, ударив по крыльям, и Агнея запаниковала. Она начала криво уходить от потоков воздуха, отчаянно загребая то одним, то другим крылом. И тут внизу, под ней, нарисовалась чёрная как смоль спина.