Мятежники

Агнею повели прочь, а к стене стали подтягиваться другие драконы. Жители соседних домов смотрели из окон, вмешиваться никто не решался.

Агнея не успела дойти обратно до таверны, то проклиная себя за глупость, то готовая разреветься, как ей навстречу выбежал злой, как разбуженный медведь-шатун, капитан.

Сверр молча задрал ее лицо, осмотрел, и его глаза гневно полыхнули. Он глянул мельком на босые ноги, бесцеремонно подхватил Агнею и, донеся до крыльца, передал охране графа:

— Тебя под замок сажать нужно? С Хиллем разберусь сам.

Агнея пыталась сказать ему вслед, что Малыш ни в чем не виноват, Сверр быстро зашагал в сторону злосчастного дома.

Таверна загудела. Агнея ворвалась в свою комнату и судорожно вытряхнула все оставшиеся вещи. Сапог из кожи больше не было, придется искать в городе перед отлетом. Теплая туника и браки нашлись. Рана на бедре немного кровила. К счастью, порез оказался поверхностным и больше саднил, чем болел. Агнея торопливо вытерла красную полосу и оделась. Щеку разглядеть она не смогла, благо зубы целы.

Опять ее глупая самонадеянность. Хорошо, что это оказался деревенский охотник, а не рыцарь из ордена. Тот бы знал как и куда бить.

Больше всего Агнее хотелось спрятаться в угол, и не показываться оттуда больше никогда. Однако, она боялась, что случайная стычка и арест горожан поднимет новую волну недовольства в городе, который, казалось, только-только затих.

Натянув капюшон до носа, Агнея спустилась и выглянула с крыльца. Навстречу шли оборотни.

Марго волокли со связанными руками. В грязной и промокшей одежде, как будто ее валяли по снегу, она выглядела жалко. Пленница заметила Агнею и глянула на нее с такой ненавистью, что могла прожечь дыру. Ее боевого товарища тащили следом, лицо у мужчины было разбитым в месиво, один глаз совсем заплыл, кровь капала со слюной, он едва переставлял ноги. Вдали, за домами поднимался густой черный дым, в воздухе пахло гарью, летел пепел.

Драконы на крыше и оборотни в доспехах внизу выстраивались в ряд перед таверной.

Подошел капитан, растирая костяшки кулака снегом. Агнея опустила голову:

— Я не хотела.

— Не хотела бы, сидела на месте.

Привели остальных пленников и посадили у стены. Связанный глава семейства, больной мужчина с забинтованной грудью, злобно и настороженно смотрел на оборотней, но сидел смирно. Его жена и вовсе забилась в угол, прижав к себе перепуганных детей. Агнея вздохнула, она боялась, что Сверр спалил дом вместе с людьми.