Мятежники

— Я сказала: нет!

Розамунда удивленно вскинула брови и примирительно подняла ладони навстречу:

— Ого! Тихо. Не горячись. Ладно, я верю.

Агнея села, закрыла лицо руками, пока Розамунда переоделась сама. Молчания хватило ненадолго. Розамунда тронула Агнею за плечо, приглашая пойти и доверительно понизили голос:

— Только зачем ты тогда с ним играешь? Бедняга, разрывается между страстью и долгом. — Она томно вздохнула. — Романтично, конечно, но жестоко. Рагнар никогда не простит ни твоей измены, ни его предательства.

— Не говори так про него.

— Агнеша, — Розамунда ласково обняла Агнею, — я же хочу, как лучше. Говорю, как подруга. Я-то тебя понимаю. Только Рагнар лорд, он красив, богат, у него есть замок. К тому же ты носишь его браслет, да и вашей близости он не скрывал. А Сверр… Брось, неужели ты думаешь, что это может быть серьезно? Он быстро остынет, а такой позорный мезальянс поставит крест на тебе. У вас, у леди всё не как у людей.

— Рагнар? — Агнея выпрямилась. Розамунда удивленно глянула на нее. — Что значит: Рагнар не скрывал?

Роза посмотрела так, словно Агнея пыталась спрятать корову под платком, и, видя искреннее возмущение и недоумение, развела руки:

— Да об этом все знают. Это же Рагнар, в конце концов.

— Это сплетни.

Агнея поправила пряжку плаща и вышла. Слишком многое сейчас накопилось в ней, чтобы говорить. Розамунда пошла следом, насвистывая какую-то деревенскую песенку. Хилля они все-таки взяли с собой.

Глава 16. Бал драконов

Перелет через горный проход оказался сложнее, чем предполагала Агнея. Сверр сразу объявил, что лететь они будут без отдыха, настрого запретил садиться в снег. И если кто ослушается и разобьет крылья в тесных ущельях и провалах или увязнет в снегу, то его оставят там.

Лавинный перевал оправдал свое название, позволив оборотням полюбоваться огромными клубами снега: пластами, с треском и ревом, срывающимися со склонов и сметающих вековые деревья.

К вечеру, когда драконы опустились разбить лагерь, Агнея так замерзла, проголодалась и устала, что забилась под два плаща сразу. Сверр был рядом, но они не разговаривали.

Капитан, Хилль и еще один оборотень из деревни, которого они называли Оге, отделили в палатке уголок потеплее для девушек, притащили туда несколько шкур.