Мятежники

Вы же меня всё равно вылечите.

— Непременно.

— Одной вашей улыбки достаточно, чтобы боль унималась. Хотя… ещё ваше вино. От него я не откажусь и внутрь. Надо будет меня поить.

— Горячим вином с гвоздикой, — согласно кивнула Агнея. — Непременно. А кормить с ложечки тоже?

— И горшок выносить, — тихо, но ядовито вставил Сверр, и оба его услышали.

Агнея смутилась, смяла тряпку в руках. Рогланд швырнул в капитана фляжкой, Сверр увернулся.

— Ты сам... — рыцарь на миг покосился на Агнею и договорил что-то смачное, но уже одними губами, чтобы не выражаться при леди.

Немного отдохнув и собрав трофеи, путники вновь отправились в дорогу, и больше им никто не помешал. Попадались пустые дома. Редкие жители маленьких селений из четырёх-пяти дворов возле самого города провожали их настороженными взглядами, хотя особо интереса не проявляли.

Капитан ехал молча, Рогланд шутил. Агнея стойко держалась, стараясь выглядить достойно, и перевела разговор на насущное.

Заговорили о драконоборцах. Агнея много читала об истории последних двухсот лет и могла похвастаться настоящими знаниями, а не пустыми сплетнями и досужими выводами, и рассуждать весомо и уверенно.

Удивительно всё же, как драконы могли выжить после десятилетий травли. Когда-то оборотни правили Срединными землями. Король-дракон, герцог-дракон, лорды-драконы, воины-драконы. Те тёмные времена прошли.

— Почему тёмные? — спросил Агнею Рогланд.

Она растерялась:

— Я не знаю. Все так говорят.

— Так говорит династия нашего славного короля Фредерика.

А им верить сложно. Что бы они ни говорили, ходят слухи, будто именно король Вульфрик убил собственного брата, а после и его сына, своего племянника Северина, чтобы освободить трон для собственного сына.

— Убил короля Северина? Разве Северин Странный не погиб на охоте?

— Его прозвали Странным, и он весьма странно погиб. Но вся вина его была в том, что он выбрал простолюдинку и унизил своё величество постыдной женитьбой. Что ты так улыбаешься? Эту историю разыгрывают на ярмарках всех Четырёх Путей.

Очень романтично.

— Вы всё-таки мятежники.

Капитан наконец-то обратил на них внимание:

— Да. Даже хуже.

Агнея вопросительно посмотрела на рыцаря. Рогланд лукаво прищурился:

— Видела когда-нибудь дракона? Хотела бы взглянуть?

— Живого?

Сверр фыркнул:

— А что, мёртвый лучший?

— Мёртвый не кусается. Говорят, — в Агнее проснулся азартное девичье любопытство, — у аквалонского лорда есть ручной домашний дракон. Представляете! Собственный.