Мятежники

— Во, даже этим красавиц подавай, — буркнула Агнея под нос и добавила уже громче: — А если люди, то по-людски бы и женились, честно и открыто.

— Ах, по-людски, да? По-людски. А если его по-людски ни на один порог не пускают? — Сверр начал повышать голос.

Рогланд с любопытством наблюдал за их перепалкой и, кажется, развлекался этим. Спор с капитаном оборвался так же резко, как начался.

— По-людски, — Сверр отвернулся, набросил капюшон и зарылся в плаще, как огромная нахохлившаяся птица. — Им только голова нужна.

Он сказал это неожиданно спокойным голосом, но Агнее послышалось, что она уловила едва заметную нотку горечи.

Агнея в изумлении внимательно посмотрела на спутника. Капитан до самого города больше не проронил ни звука и ни разу не выглянул из-под плаща. Рогланд тоже перестал веселиться. Они ехали молча, и Агнея чувствовала себя виноватой, хотя и не понимала почему.

Глава 4. В таверне Думхолма

Думхолм — большой грязный пограничный город на перекрёстке трёх княжеств и дороги в порт — всегда полнился купцами, проезжими и ворами.

Агнея на всякий случай покрыла голову, чтобы спрятать волосы, Сверр и так не вылезал из-под плаща, хотя на троицу никто не обращал внимания, разве что кидали мимолётные взгляды на могучую фигуру капитана и богатую одежду Рогланда.

Гостевой дом, огромный, выстроенный как попало, из разных бревен и камней, встретил путников сразу за стеной. Рогланд долго препирался с хозяином, продавая лошадей, которых они забрали у разбойников.

Хозяин, исполненный достоинства и всеми добродетелями, полагающимися трактирщику, в виде объёмного живота, густой бороды и хитрого взгляда, вышел к ним не торопясь, внимательно рассмотрел лошадей и не менее тщательно оглядел спутников. Достойный вид рыцаря его не впечатлил.

— Десять серебром за кобылу и двадцать за коня.

Говорил трактирщик тоже медленно и важно, словно продавал каждую фразу.

Рогланд упирался:

— Это же боевой.

Трактирщик басовито и тягуче расхохотался.

— Ишь ты, какой шустрый! Я ворованных за золото не покупаю.

— Ворованных?! — вскрикнула Агнея, Рогланд жестом велел ей замолчать.

— Мы оба знаем, что ты продашь этого коня за десять золотых — скакун выносливый и сильный — любому проезжему рыцарю, а мне предлагаешь серебро? А кобыла даст фору твоей жёнушке: посмотри, какая у неё широкая грудь, лежать можно.