Чёрная жемчужина Аира

Может, это всё-таки не она? Но, Боже! Какое поразительное сходство! Может, это сестра, племянница… дочь, наконец? И, выходит…

— Ну разумеется! А я-то, дурак, поверил! — Эдгар налил себе ещё бурбона и откинулся на спинку дивана.

Если они с отцом были знакомы, то вот откуда эта Мария могла знать историю его семьи, и то, что он потерял жену и дочь. Тогда в лавке она спросила его имя, и он похож на отца — всё сходится! Она просто его узнала и догадалась.

— Значит, ты всё-таки шарлатанка? Проклятье! — он хлопнул ладонью по подлокотнику.

Он так надеялся на то, что сможет получить от неё хоть какие-то ответы. Но, видимо, нет. А значит и та девушка… она тоже шарлатанка? Так вот почему она так испугалась, увидев его, и убежала из храма. Они просто надули его, опоили, обчистили, а он… а он просто дурак!

Почему-то мысль о том, что девушка оказалась обычной шарлатанкой, была особенно неприятна. Но, как ни странно, желание найти загадочную незнакомку от этого только усилилось. Он смотрел на пламя свечи и понимал, что с того момента, как вышел из храма, где-то в мыслях он всё время прокручивает варианты её поиска — куда сходить, с кем поговорить… И это становилось почти наваждением.

Эдгар перевернул рисунок и на обратной стороне увидел надпись, сделанную рукой отца: «Эк Балам».

— А это что ещё значит?

Он долго смотрел на эту надпись, пытаясь сложить картинку в голове, а потом просто бросил его на стол, откинулся на спинку дивана и даже не заметил, как задремал.

Окна в доме на рю Гюар темны, лишь огарок свечи дрожит на окне в каморке верного Нила.

Трава на газоне пострижена, и лапы мягко утопают в ней…

Нил дремлет на стуле у окна, и она замирает на мгновенье рядом, глядя на его седые волосы.

Как же он постарел!

Лёгкий вздох… Шелест платья…

Она проходит мимо тенью, дуновением ветерка, и скользит вверх по лестнице в пять ступеней. Но даже если бы старый ньор не спал, ему всё равно её не увидеть… И она всё равно ничего не сможет ему сказать.

Окно в холле приоткрыто…

На диване спит мужчина, и стол завален бумагами.

Скрипнули половицы…

От окна отделилась тень…

Эдгар проснулся внезапно.

Дышать было нечем. Хищные пальцы кошмарного сна спазмом сдавили горло.

Он сел на диване рывком, протирая ладонями глаза. Свеча на столе давно угасла, а остальные, похоже, погасил Нил. Но густую темноту ночи разбавлял свет фонаря, висящего над входом.