Чёрная жемчужина Аира

От его слов она вся покраснела густо, совсем как вишнёвая помадка на пирожных, что стояли на полке, но её глаза при этом блеснули недобро, и в них словно вспыхнули золотые искры.

— Да как вы смеете говорить мне такие мерзкие вещи! Я вас не знаю и знать не желаю! — выпалила она. — Я вас вообще впервые вижу! Вы бестактны, мсье! Пропустите меня немедленно! — но он даже не двинулся с места. — Я… я закричу! — добавила девушка грозно и бесстрашно шагнула ему навстречу, но он так и не уступил.

— Как вас зовут? Скажите, кто вы? — спросил Эдгар, продолжая преграждать путь и жадно разглядывая её лицо.

— Я… очень громко закричу! — повторила она, озираясь. — И вам… не поздоровится!

— Ну так закричите, — упрямо ответил он, — или, может, позовём полицию? Ей интересно будет послушать о том, чем мы занимались на кладбище. Колдовство ведь наказуемо, мадмуазель… А уж воровство и подавно.

Твою мать! Да что он такое говорит!

— Да как вы смеете! — в глазах девушки уже почти полыхал золотой пожар. И Эдгар снова их узнал, эти глаза Той-что-приходит-по-ночам.

— Это всё ваших рук дело! И ваше колдовство! Это вы заманили меня обманом на это кладбище!

— Так значит, вы всё-таки были там? — спросил он почти радостно.

Она была смущена и зла, и так красива в этот момент, что Эдгар забыл обо всём на свете и не мог оторвать глаз от её лица.

Она была там! И это был не сон! Слава Небесному Отцу!

— Пропустите меня немедленно! — она даже топнула ногой.

— А если нет? — прищурился он с усмешкой.

Пощёчина была хлёсткой.

И неожиданной. Девушка ударила наотмашь, да так сильно, что у него в ушах зазвенело, и он даже отпустил ручку двери.

Девушка и сама испугалась, отступила, прижав руки к губам, и выронила пакеты. А затем бросилась их поднимать, присела так спешно, что юбка колоколом взвилась вокруг её ног. И Эдгар тут же наклонился, чтобы помочь. Их руки соприкоснулись невзначай и лица оказались так близко, что они едва не столкнулись лбами.

— Святая Сесиль! Да что же вы делаете! — воскликнула девушка, пытаясь забрать у него пакет.

Но Эдгар удержал его, от этого усилия тонкая бумага с треском разорвалась, и крашеный сахар разлетелся в стороны, обсыпав их разноцветным дождём.

Звякнул колокольчик — это вошли мсье Обьер с женой и замерли на пороге, пытаясь понять, что происходит.

— А вот и ваш торт, мсье Дюран! — раздался позади довольный голос продавщицы. Из-за ширмы выплыл огромный торт — трёхъярусное сооружение в белом креме с розовым цветком на вершине.