Чёрная жемчужина Аира

Мадам Фрессон в окружении помощниц появилась из цветочной арки и сказала пышную речь о пользе благотворительности и меценатства. А сердце Летиции сжалось в нехорошем предчувствии, потому что в толпе мужчин, стоявших по другую сторону площадки, она увидела кузена Филиппа и мсье Жильбера, не сводивших с неё глаз. Справа от неё стояла Аннет, нервно расправляя розовый муар своей пышной юбки и глядя на Летицию так, что она поняла одно: отсюда ей придётся либо уйти невестой Филиппа, либо её жизнь не будет стоить и одного луи.

Но если в самом начале вечера после странного предложения Жильбера бежать в Марсуэнн она всерьёз раздумывала над тем, чтобы сказать «да» своему кузену, то теперь она просто не знала, что ей делать. Всё было бы проще, если бы не эта встреча с Эдгаром Дюраном.

Если бы не этот танец…

Если бы не его слова, не его руки, обнимавшие её только что, если бы не воспоминания о его поцелуе…

Если бы не всё это — она нашла бы выход из этой ситуации. Она бы сказала «да» кузену Филиппу и пережила этот вечер, а потом… Потом у неё было бы время что-то придумать.

Но в итоге всё окончательно запуталось.

Почему, несмотря на то, что Эдгар Дюран — последний человек, с которым ей нужно находиться рядом, именно этого она хочет больше всего на свете? И даже от воспоминаний о его голосе всё внутри у неё замирало так сладко, и кружилась голова, и мысль о том, что он сейчас здесь со своей невестой, для неё невыносимо мучительна.

Зачем он пригласил её на танец? Зачем? Зачем! Зачем снова заставил думать о нём?

Она оглянулась, невольно ища глазами его фигуру.

Эта встреча, и его жаркий взгляд, вынуждающий забыть всё на свете, его руки, обнимавшие её так бережно и нежно, как никто и никогда её не обнимал, и его голос… она не могла объяснить, почему рядом с ним ей так хорошо.

И она ненавидела его за это. За то, что он снова появился в её жизни, за эту боль, и невозможность сейчас хоть что-то изменить. Но хуже всего было понимание того, что будущего никакого у них нет, а она просто увлечена почти женатым человеком.

Увлечена так сильно, что, кажется, её покинули последние остатки разума. И всё, чего ей сейчас хотелось, это пойти и столкнуть Флёр Лаваль в фонтан.

Святая Сесиль, да что же мне делать?!

Аукцион начался, мадам Фрессон объявляла маски, и девушки выступали вперёд, кружились, подметая пышными юбками сиреневые лепестки, и кто-то тут же выкрикивал цену. Среди торгующихся были и те, кто специально подыгрывал, создавая ажиотаж.