Дракон и отбор телохранителей: простить нельзя убить

- Доченька, о чем это ты говоришь? Как я мог его убить?

- Вот. И я хочу спросить у тебя. КАК у тебя на это рука поднялась?! Сначала убить, а потом вместе с его сыном искать убийцу?!

- Девочка моя, у тебя жар.

- Жар? У меня? - девушка усмехнулась и посмотрела куда-то за спину отца. - А ты? Ты был в своем уме, когда вырезал у еще живого брата сердце?

- Девочка моя, ты куда смотришь?

- На Мастера. Он стоит сзади тебя.

- Какого Мастера?

Всевед резко обернулся. Естественно, сзади никого не было.

- Доченька, у тебя жар, - он протянул руку, чтобы потрогать лоб дочери.

- Там нет никого.

- А ты и не увидишь его.

- Почему?

- "Почему" - я не знаю, но с тех пор, как душа Грэйна Первого получила новое воплощение, его ни один демон не видит. Как и ты.

- Дорогая, тебе не кажется, что если бы Грэйна первого действительно убил я и он действительно получил второе тело, то, в первую очередь, он пришел бы отомстить мне?

- А он так и сделал. Но ничего не смог сделать тебе. И только спустя многие годы он понял, КАК он может отомстить.

- И как же?

- Через меня.

Девушка откинула одеяло и встала с постели. В ее руках поблёскивал небольшой стилет.

- Доченька, ты что собираешься делать?

- Беги, отец, беги! Я уже с трудом удерживаю этот кинжал.

Всевед бросился к двери, но неожиданно она закрылась снаружи. Несколько раз дернув ручку двери на себя, Всевед понял, что ему не выбраться. Обернувшись, он в страхе прижался к ней.

- Мастер! Нет, пожалуйста! Пожалей нас! - Велимира, изо всех сил сопротивлялась, пытаясь не приближаться к отцу, но стилет в ее руках дрожал и рвался в сторону старого вампира.

Она умоляюще смотрела на своего любимого, но тот не отвечал, безучастно стоя в углу комнаты как безмолвная кукла. - Мастер! Ну подумай! Так ли нужна тебе эта месть?! Ведь кто знает, может после свершения твоей мести тебя развеет! Стоит ли смерть моего отца твоей второй, окончательной смерти?! Ведь мы можем быть счастливы с тобой!

Ей удалось поймать его взгляд, но от этого ей стало только хуже - Мастеру было все равно, умрет он повторно или нет.

Все эти годы он жил с одной мыслью, с одной целью и вот - вот он достигнет ее. Велимира уже оказалась достаточно близка от отца для замаха. Она сопротивлялась, но апатия и голод настолько ее ослабили, что оживший кинжал взял вверх над ее волей и ее рука сделала замах.

- Мастер, Мастер, - Велимира изо всех сил цеплялась за любое, что могло спасти ее отца.