Книжное приключение.

Девушка опустила свою голову на сильную грудь капитана. Они двигались в такт музыке, кружась в свете ламп и разноцветных фонарей.

— Почему ты не захотел жениться на мне? — чуть слышно задала вопрос Нурия.

— Пойми, дело совсем не в тебе. Если бы я был другим, — Бард задумался, – то, наверное, я бы избрал тот путь, который предложил мне тогда отец, но… Нурия, ты прекрасна, но…

— Никаких «но»… — девушка оторвалась от Барда и пошла к столу, оставляя парня стоять одного посередине большого зала. Ее платье развевалось из стороны в сторону, оголяя бедра Нурии.

— Нурия, — Бард подошел к столу следом. – Не обижайся, ты неправильно меня поняла!

— Все нормально, Бард, не всем дано понять влечение океана.

Капитан глубоко вздохнул. Он взял со стола свой бокал кроваво-красного вина. Оно немного шипело, но тогда Бард не придал этому значение.

— За тебя, Нурия!

Он сделал глоток, еще глоток. Горькая жидкость потекла по его телу, отравляя каждую клеточку. Глаза Барда расширились, а рот исказился в уродливой улыбке.

— Теперь ты только мой! — чуть слышно произнесла заклинание Нурия, и ее слова подхватила музыка.

Какое-то время Бард стоял молча. Горечь окутывала его тело. Мысли уходили, боль и чувство вины растворялись. Он смотрел на Нурию. Все становилось безразличным. В пустоту его души потихоньку заползла змея. Она несла за собой желания, страсть, злость, ярость и похоть. Барду это понравилось. Как долго все это скрывалось в уголках его души. Он дернулся, как бы примеряя себя нового, пустой бокал упал и разбился на маленькие осколки.

Вместе с этим бокалом разбилась и душа Барда. Расстегнув свою рубашку до половины, капитан схватил Нурию и прижал к себе. Его глаза горели, а дьявольская улыбка могла свести с ума. Лицо стало грубее, а руки крепче. Он был великолепен, как идол, которому готовы поклоняться все, чтобы получить хоть малейшую искру его глаз. Нурия затаила дыхание.

— Прелестница! — голос Барда лился горячей лавой, обжигая слух.

– Я хочу… — он сделал паузу. – Я хочу подарить тебе танец.

Парень крутанул девушку и увлек ее в толпу танцующих пар. Музыка звучала все громче. Люди двигались в такт каждой ноте, то прыгая, то переходя на какие-то немыслимые кульбиты. Бард парил, он кружился, увлекая за собой Нурию. От долгой пляски ее голова кружилась, а ноги стали спотыкаться, но Бард не чувствовал усталость.

— Бард, Бард, я устала! — Нурия вырвалась из круговорота бешеной пляски.