Рай для демона

И потом, если бы меня хотели скомпрометировать, то скорей, всего пришли бы сами просить, тем самым привлекая внимания, а не оставляли письмо. Значит, его предупредили, что нужно сделать все без лишних глаз.

И словно в подтверждение моих слов, в дверь снова постучали. Это была та самая женщина, чей ребенок пострадал в пожаре. Она сбивчивым голосом стала благодарить меня:

- Милая девушка, как я могу тебя отблагодарить за спасение сына? Возьми все, что осталось у меня. Отдала бы больше, но все сгорело.

Женщина протянула мне мешочек с монетами.

- Уберите, пожалуйста, вам они очень пригодятся. Мне ничего не нужно, - обхватила ее худые руки и с улыбкой посмотрела на черное от дыма лицо с дорожками от слез.

- Спасибо вам еще раз! И простите моего сына. Я предупредила, чтобы он не распространялся о вас, но так уж случилось, что единственные наши друзья, которые смогли нас приютить, тяжело больны. Мой сын дружит с их мальчиком и на радостях проговорился.

Мы переглянулись. Вильям зло швырнул письмо на стол и отвернулся к окну. Я вздохнула и проговорила:

- Да, похоже, этот мальчик уже обратился к нам за помощью.

- Ой, ну как же так! – запричитала женщина, но я ее поторопилась успокоить.

- Ничего страшного, я обязательно помогу…, постараюсь помочь. Дайте мне только пять минут умыться.

Глаза женщины засияли, а губы задрожали. Она готова вот-вот расплакаться.

- Выпейте пока чаю и успокойтесь.

Через четверть часа я уже была в доме людей, что приютили пострадавших. Мальчик, что написал письмо, оказался семилетним очаровательным ребенком. Мама его тяжело болела последний месяц. К лекарям они обращались, но кроме как трав, что на время улучшали ее состояние, они ничего не могли сделать. Приступая к лечению, я очень переживала. За последний час слишком много расходовала магию, что есть опасения не вылечить женщину.

Сама мама мальчика была худенькой, но лицо и руки с ногами отекшие. Расположив ладони над телом, я по привычке закрыла глаза и принялась лечить. Какое же облегчение испытала, когда поняла, что ничего серьезного у женщины нет. Запущенная болезнь, ничего более. Конечно, без должного и правильного лечения могло закончиться все плачевно, но здесь мог справиться простой лекарь.