Капелька Солнца

Он сидел, вальяжно откинувшись в кресле, и глядел на меня, как на нерадивого ученика, что никак не мог усвоить главного урока.

- Считаете, что моя задумка обречена на провал?

- Определенно! – без тени сомнения ответил мужчина. – Хотя, признаться честно, идея хороша и, в каком-то роде, даже гениальна. Но… - он покрутил в руках бокал, на дне которого плескался тягучий янтарный напиток. Судя по долетавшему запаху – бренди. Причем очень неплохой бренди. - Но рискованная. Очень рискованная. А я не люблю риск.

- Без риска в нашем деле никак.

Да и на кону жизнь ребёнка.

- Не родившегося ребёнка, - поправил меня бывший учитель.

- Какая разница! – пылко возразил я.

- Большая! – собеседник упрямо стоял на своем. - У него ещё нет души, а значит, полноправным членом общества его считать нельзя.

Я внутренне застонал, но спорить с наставником не стал. Ни к чему сейчас разводить демагогию. Все равно этого старого упрямца не переубедить. Да и слишком мы с ним разные.

- Но ведь идея хорошая. И мы могли бы спасти ему жизнь.

По крайней мере, попробовать. И если выйдет…

- А если не выйдет? – грубо перебил мой оппонент и сделал малюсенький глоток бренди, явно растягивал удовольствие.

- Если не выйдет, мы ничего не теряем.

- Мы? - Айзек неприкрыто хохотнул. - Это ТЫ ничего не теряешь. У тебя ведь и так ничего нет. А у меня репутация. Я зарабатывал её годами. И вот так всё спустить…

- Плевать на репутацию, - зло выплюнул я.

- Знаешь, почему я процветаю, а ты до сих пор еле сводишь концы с концами? – Опять он за своё! Сейчас примется читать мне очередную нотацию.

Будто я молокосос неопытный какой. – Потому что главное в нашей работе репутация. А ты наплевал на нее. Махнул рукой, считая, что все придет само собой. А так не бывает, - Айзек криво улыбнулся.

- Значит, вы отказываетесь?

- Отказываюсь. И тебе советую. Вот увидишь – ничего не выйдет. А к тебе приклеится клеймо, за глаза будут звать детоубийцей. Ты, конечно, не виноват будешь. Да и наниматели твои наверняка божатся, что претензий никаких не предъявят.

Но это они сейчас так говорят. А раздавленные горем – станут во всем обвинять тебя. Помяни мое слово.

Больше я ничего говорить не стал. Понял, что разговаривать нам больше не о чем.

Из приемной доктора Айзека вышел в расстроенных чувствах. Мой план с треском провалился. И все из-за чего? Оттого, что одна меркантильная сволочь трясется за свою репутацию! Аж противно. Я чуть не сплюнул с досады. Но вовремя взял себя в руки.