Шанталь, или Корона против. Часть вторая

Поддерживать порядок в доме можно лишь соблюдая правила, а если их нарушать, во что превратится благородный дом? Был бы жив старший ВанДаренберг, разве допустил бы он подобного безобразия?

Дворецкий покачал головой, на всякий случай достал из кармана амулет от сглаза и нарочито медленно двинулся следом за странной парой.

- Ты понимаешь, что творишь, безголовый мальчишка?!

Дарьета ВанДаренберг шагнула к Леону. Рвано вздохнула, выдохнула и замерла, вглядываясь в лицо сына.

- Вижу, не понимаешь. Упрямец! Во что ввязался?

- Мама, я разберусь.

Не вмешивайся.

- Не вмешивайся? – терзаемый дарьетой платок не выдержал и треснул. – Ты так ответишь императору? Не вмешивайтесь, ваше величество? Веришь, он послушает?

Леон побледнел, на скулах заиграли желваки.

- Что он тебе сказал? И когда?

Из дарьеты словно весь воздух выпустили, она прошла к дивану, села, держа по привычке спину ровной, а подбородок высоко поднятым. Утомленно прикрыла глаза.

- Вчера днем мне приказали, - взгляд Леон наполнился яростью, - прибыть во дворец.

Его величество указал на твое плохое воспитание и недостаточное уважение к его монаршей особе. Я не понимаю, - Фэльма ВанКовенерх беспомощно посмотрела на сына, - ты столько сделал для страны, неужели нельзя было пойти навстречу, - ее голос сорвался на крик: - И одобрить эту бездной проклятую помолвку!

Она перевела дыхание, расправила надорванный платок и продолжила:

- ВанКовенберхи – не идеальная, но приемлемая партия. К тому же я слышала, средняя дочь хороша собой и не пустышка.

Я знаю, ты предпочитаешь умных женщин, потому и связался с ВанДаргмейр, но поверь, я готова на любую невестку, только не на Роалину. А теперь можешь объяснить, почему Шанталь ВанКовенберх признана неподходящей партией для тебе?

Леон не выдержал, отвел взгляд. Дошел до кресла, пододвинул его к дивану, сел, вытянул ноги, остро жалея, что в присутствии матери нельзя налить что-нибудь крепче чая.

- Шанталь арестована.

- Что? – Фэльма округлила глаза и даже рот приоткрыла.

– Но почему?

- А вот это я и хотел выяснить у своего венценосного родственника, - со злостью выговорил Леон, - за последнее время у меня к нему накопилось мно-о-ого вопросов.

- Ничего не выйдет, - покачала головой Фэльма. – Его величество внес тебя в список нежелательных персон для двора. На сколь долгий срок – не знаю, но пойдешь завтра – только на посмешище себя выставишь.

- Я должен, мама, должен. И вытащу ее из тюрьмы, чего бы мне это не стоило.