Заложница своей воли

После всех этих лет, проведенных в инквизиторском ордене, родовое поместье казалось чужим. Но в этот раз я должен был туда наведаться.

С последнего задания я вернулся весьма помятым, но скорее морально, чем физически. Это была очередная группка магов рыскавших по королевству в поисках Источника.

Провел ладонью по лбу, словно желая смахнуть эти мерзкие мысли, как паутина налипшие на голову.

- Избавь Создатель от греха сомнения, - прошептал, приложив к губам два пальца.

На руках все еще были красные перчатки. Ощутил удушливый запах крови, хотя они и были абсолютно чистыми.

С раздражением, стянул мягкую кожу, отбросив в темный угол и уставился в потолок. Я понимал, что не должен позволять себе погружаться в темные мысли, но удержаться было сложно. Закрывая глаза, тут же слышал душераздирающий крик.

И вот снова: уши заложило от срывавшегося в хрип голоса. Они всегда просили пощады, прощения, торговались, уговаривали. Если не удавалось победить инквизитора, отрицали вину и давили на жалость. И нещадно врали.

Сколько лжи уже слышал за эти восемь лет работы.

И никогда прежде не прислушивался с голосу мрака, что вещал из этих одаренных. Сила моей веры незыблема.

- Сила моей веры незыблема, - повторил я вслух.

Нет ничего проще, чем знать правду.

Ристания идет по пути Создателя, окруженная предателями, поддавшимися человеческой слабости. С востока земли язычников, что отрицают единого бога. Дикари.

Вдоль всей южной границы Фолинтия, отступники принявшие магию у людей как нечто обыденное.

И лишь Ристания, отделенная магическим щитом, стойко стоит на своей вере.

Лишь кардинал бережет их от тьмы. А инквизиция как цепные псы святейшего кардинала чистят землю от скверны. И все это возможно благодаря защите Источника.

- Незыблема, - прошептал я как мантру и через мгновения скривился, словно почувствовал физическую боль. – Ересь какая-то.

И снова перед глазами картина упавшего на колени мужчины средних лет. Рядом лежат два трупа, тех, кто пытался сопротивляться, маги, сковать которых смог лишь своей силой.

Из глаза широко распахнуты от ужаса, а позы неестественно вывернуты: умирали корчась от боли. Вокруг еще несколько мертвецов с оружием в руках, этих уже сразил острый клинок.

Сел на неразобранной постели, оперившись головой на ладони.

Нужно просто добраться домой и поспать. Не думать о работе, о кардинале с его странными поручениями, о погибших людях. Я сглотнул вязкую горьковатую слюну и выдохнул, резко, словно выбивая отравленный воздух из легких.