Заложница своей воли

Как бы мне хотелось толику его уверенности.

- У кого-то из родственников был дар? Любой?

- Мне о таком неизвестно. Род Винтерс довольно древний, но ни в одной родовой книге не встречала указаний. Может быть сотни лет назад, еще до разделения Ристании и Фолинтии?

Валдор недоверчиво фыркнул.

- Магия проявляется раз в несколько поколений. Как минимум трижды уже бы отметилась. Нет, значит, дело не в герцоге. А твоя мать?

Сложные вопросы задавал инквизитор, хотя подозреваю, настоящие допросы происходят иначе. Кажется, он со мной довольно учтив.

- Она не родовита, это был мезальянс. Зато была богата и образованна. А большего и не знаю, с родственниками не знакома. Мама умерла, когда мне был год, от бледной хвори.

Валдор обернулся ко мне, открыл было рот, но ничего не сказал по этому поводу. Его взгляд был печален. А может просто устал.

- Какие удивительные совпадения происходят в жизни, не находишь?, - вдруг заявил он.

Внутри все сжалось. Вот теперь будет по-плохому.

- Я вам не лгала, - осторожно объяснилась, но мужчина отмахнулся рукой.

- А я и не говорю, что так. Просто слишком много плохого на одну несчастную душу.

- Создатель меня не любит.

Валдор зло рассмеялся. Но я как-то сразу ощутила, что не надо мной. Таким личным был его порыв. Явно ведь не сдержался, судя по тому как резко стих.

- Поверь, не тебя одну. Или мы просто его не правильно поняли? – последний вопрос инквизитор задал себе и тише чем прежде.

Операясь о столешницу, он разглядывал потолок, думая о чем-то своем, словно мое присутствие его не волновало. Он долго молчал, но когда нарушил тишину мне казалось, что в ушах звенит, и с трудом понимала смысл.

- Вокруг твориться какая-то чертовщина, Эмилия, но тебе до того вряд ли есть дело, я уж сам подумаю. Другой вопрос: ты, герцогиня Винтерс, что оказалась в сиротском приюте, - он насмешливо скривился. – Едва поняв, что ты сделала с Милли…

Он откинул волосы со лба, подняв глаза к потолку и выдохнул, словно отпуская напряжение дня.

- Твой дар особенный, Эмилия. Я не встречал подобных, - вдруг прервал тишину граф Амрок. – А я, поверь, многое повидал.

Я с интересом поддалась вперед. Особенная. Не так давно обо мне уже говорили в этом ключе, и тоже ничего хорошего я не испытала.

Вдруг поняла, что забыла о подслушанном разговоре, когда лорд Пирс вызнавал у матушки Агаты, нет ли у меня странностей.