Заложница своей воли

Если это жестокая шутка, то пусть лучше закроет в подвале, а затем отвезет кардиналу.

- Не совсем понимаю, о чем речь.

Валдор улыбнулся, но глаза оставались холодными. Интересно, он сам по себе такой неживой или их учат быть жестокими. Но стоит заметить, я скользнула взглядом по правильным чертам, красивыми.

- Тебе и не нужно, Эмилия. Все, что стоит знать, я уже сказал. С моей помощью ты выбирешься из Ристании. В Фолинтии иные нравы, и там возможно сможешь устроиться. Это не гарантия, а лишь шанс.

- Откуда вам известно, как в Фолинтии? Оттуда даже газет не приходит и никто не посещает.

Валдор криво усмехнулся, но ответил.

- Мне, как инквизитору, все же известно несколько больше, чем беглой послушнице,- он со скрипом почесал начавшую пробиваться щетину, и вновь продолжил. – Соседнее государство живёт по иным законам, в корне отличающимся.

- Там разрешена магия?

- Во всяком случае, нет инквизиции и церкви, - уводя глаза сказал мужчина.

Меня вполне устраивал такой расклад, чем бы инквизитор не руководствовался.

- Но стена непроницаема. Как нам пробраться?

Валдор покачал головой.

- Это не твоя забота, Эмилия. Но уверяю, пути есть. Мы выезжаем вечером, времени ждать не осталось, в любой момент тут появятся другие инквизиторы.

Вот теперь стало жутко. С одним я вроде смирилась, и он оказался не так плох. Но если явятся ещё члены ордена.

- Обо мне уже знают в столице?

Валдор слегка поморщился и кивнул.

- Не сомневаюсь, что да. Благо, до Стены отсюда не так уж далеко, - он поднялся, вернувшись к своему столу.

Мне и, правда, не дали много времени, чтобы прийти в себя. Генри принес «мою» сумку, собранную для побега, но значительно потяжелевшую. Других слуг, сидя в своей комнате, я и не видела. Лишь заметила в окно, как отъехала от поместья карета, в которой мы сюда прибыли.

Странный все-таки этот инквизитор. По правилам, он должен был держать меня в заключении и тащить в клетке по дорогам к столице.

А когда он слушал меня с понимающим и временами сочувствующим взглядом, даже возникло мимолётное ощущение, что ринулся в погоню он не затем чтобы поймать, а будто спасал. Я бы верила в это, если бы не применение силы.

Быть может, мой дар, который он назвал особенным, ему зачем-то нужен. Дар внушения.

Я, может, и была молода и неопытна, но уж точно не глупа.