Аннабель

И понял, что влюбился. Такой короткий миг осознания, чтобы вот теперь потерять её.

— Отойди! – прозвучало ультимативно, в первую секунду Деймос даже не понял, кто это настолько обалдевший, чтобы ему сейчас приказывать оставить его Аннабель. Но затем вспомнил, что Вольф ходил за артефактом. Вот, теперь принёс.

Это был кубок, наполненный чем-то, напоминающем золотую ртуть. Чернокнижник приблизился к Бель, подложил одну ладонь ей под голову, и прикоснулся кубком к губам девушки. Лицо Аннабель слегка посветлело, приобретая немножко более живой оттенок.

Ведьма сама приоткрыла рот, чтобы чернокнижник смог влить в неё целительскую жидкость. И чем больше из кубка пропадала эта «ртуть», тем тусклее становилось его золото, и тем естественнее становился цвет кожи девушки. Когда напиток закончился, кубок обрёл вид обычной медной посудины, а на Аннабель не осталось даже шрама. Засохшая кровь сама собой испарилась, и ведьма открыла глаза.

6. Не буди мёртвых

6. Не буди мёртвых

Вольфганг ещё долго не мог объяснить себе этот поступок, но лишь увидев, что Аннабель пришла в себя, что им удалось спасти её, мужчина наклонился и едва коснулся губами её губ.

Глаза Бель широко раскрылись от удивления, и Вольф получил вполне заслуженную пощёчину. К резкому ответу от девушки чернокнижник не имел претензий. А вот к тому, как после этого его ударил Деймос, претензии были, да ещё какие.

Вольф никогда не любил кулачные бои, но в этот раз просто не смог удержаться от ответа. И даже кофейный столик, который Деймос проломил чернокнижником, в запале драки уже не было жалко.

Наверное, это сейчас был лучший способ выплеснуть накопившиеся переживания. Но Аннабель так не считала.

— Прекратите немедленно! – крикнула девушка, кое-как принимая вертикальное положение. Но её возмущение не было услышано. Мужчины слишком увлеклись мордобитием. Хорошо, что хоть Деймос убрал свои крылья и прекратил светиться. Можно было надеяться, что убивать Вольфганга он пока не собирается.

И чем дольше ведьма наблюдала за этой бессмысленной и разрушительной битвой, тем больше понимала, что дерутся уже всё-таки не из-за неё, а просто потому что.

Так что Бель решила терпеливо подождать, когда половина гостиной обратится в живописные руины, и мальчики наиграются.

Наконец они успокоились, рассевшись по разным углам, сверля друг друга ненавидящими, но уставшими взглядами. Все грязные, побитые, в крови и синяках. Но, кажется, всё-таки удовлетворённые.

— Я же тебе сказал, чтобы ты не смел так делать.