Необычная Любовь. Книга 1. Мир Греческих Мифов под Новым Углом

Может, старается таким образом уберечь?

– Хорошо, можешь не рассказывать. Только постарайся, чтобы последствия того, что ты сейчас умалчиваешь, были минимальны для меня. Ты должен мне это пообещать.

– Обещаю, что сделаю всё от меня зависящее для тебя, – смолк и больше за оставшиеся вечер не произнёс ни слова.

Я же тоже решила получше подумать над его словами. Что-то на тот момент меня в них беспокоило. Будто подтвердились мои самые потаённые страхи. Очень нескоро я поняла, что интуиция была права насчёт грядущего, ну, почти.

Но я вновь забегаю вперёд.

Мы с Браяном довольно долго не спали и всё это время сидели в абсолютной тишине, погружённый каждый в свои мысли. Снизу же не доносилось никаких звуков, из чего я сделала для себя вывод: Вильям ушёл погулять или ещё куда-то.

Через несколько часов, я услышала хлопок: он раздался так громко в ночной тишине, что его можно было принять за гром. За ним последовал стук копыт, который явно приближался к нашей с Браяном комнате. Видимо, наш защитник решил проверить всё ли в порядке.

Стоило ему приоткрыть дверь и лучу света осветить мою кровать, как он увидел меня, сидящую боком к нему, тихо спросил:

– Чего это вы не спите?

– Дурные мысли покоя не дают, – ответила я, посмотрев на Митчела, а тот уже крепко спал, даже не спустив подушку. – Вил, ты не поможешь мне? – обернулась на тёмную фигуру сатира в дверях.

Он немного прошёл в комнату и, завидев полусидящего Браяна, проговорил:

– Как же он уснул в таком положении, – приблизился и сам, без моей помощи, вернул больного в вертикальное положение.

– Амелия, тебе сейчас нужно приглядеть за ним, буквально полчаса. А я пойду с готовлю кое-что для него и тебя, – быстрым шагом покинул комнату.

«Что же такого случилось, от чего Вил так резко изменился в лице? Неужели, это я его напугала, сказав про дурные мысли или же…» – я бросила взгляд на сына Аида. «Нет, этого не может быть. Этого не должно произойти!» – эта мысль заставила меня действовать быстро.

Я перебралась на его кровать и приспустила покрывало: торс был абсолютно невредим, тогда что же? Коснувшись пыльной стороной ладони лба Митчела, я осознаю, что температуры у него нет.

Но что-то явно было не так, я это чувствовала, возможно на интуитивном уровне и всё же. За следующие двадцать пять минут, я в своей голове перебрала столько причин, но так ничего и не узнала, пока Вил не поднялся сюда с двумя кружками.

– Это для тебя, – в полутьме я различила цвет кружки, он был светло-фиолетовым.