Не все дракону ведьма!

— Здесь рука дрогнула. Я хотела было зачеркнуть, но глянула на уже испорченные листы, и смирилась. Сколько бы я ни пыталась написать о виере так, будто он для меня ничего не значит, не выходило. Как не выходило и скрыть от подруги свои сомнения: — Но я боюсь, что виной всему влияние моего отца. Мариус говорит, что папа хочет вложить большие средства в местное производство аккумулирующих кристаллов. И если папе удастся получить разрешение короля, он обязательно это сделает. Потому я и боюсь, что виер АльТерни просто вежлив со мной, как с дочерью своего возможного партнера, а я придумываю себе небылицы.

— И даже несмотря на его признания, я продолжала этого бояться. Слишком боялась поверить и разочароваться. Вздохнула горько и быстро пробежала глазами последние строки: — Прости, что пишу тебе сначала об этом, но мне сложно выкинуть его из головы. Везде мерещится, куда бы ни пошла. Но виер обещал мне услугу, и пусть не смог вспомнить ничего о Шарлотте Калиори, обещал поручить подчиненным выяснить о ней все.

И, Рин, пришли, пожалуйста, свой портрет. Возможно, так будет быстрее. Я бы и сама нарисовала, но… ты знаешь, как рисую. Каждая вторая подойдет.

С надеждой на решение твоей проблемы и скорую встречу, Рин.

Я грустно улыбнулась, скинула в ящик испорченные черновики и, свернув послание, вывела адрес. Запечатала письмо, открыла окно, чтобы вестник не бился в стекло, и активировала вложенные в бумагу чары.

Теперь оставалось лишь ждать. Ответа Ринталь. Завтрашнего дня. Новой встречи…

Утром для меня доставили букет.

И теперь, сидя в карете рядом с кузиной, я крутила в руках василек и старательно отворачивалась, чтобы посторонние не видели мою улыбку. Впрочем, едва ли от кого-то это укрылось.

Тереза не без зависти вздохнула, в полной мере оценив подарок. Именно ей первой на глаза попался посыльный, потому кузина видела на цветах и листьях капельки росы, как бывает, когда букет не куплен в лавке, а собственноручно собран.

Антиор, от которого тоже не укрылся мой подарок, тоскливо вздохнул.

Мариус сочувственно похлопал его по плечу, но не выразил желание вставать ни свет ни заря, чтобы помочь будущему родственнику со сбором цветов.

Дорога заняла долгих четыре часа. Мы успели покинуть Шарган, но мощенная камнем дорога так и не кончилась. Колеса продолжали ехать по не слишком ровному, но тем не менее не обрывающемуся полотну.

— Лиеры замостили все тракты? — уточнил у Антиора Мариуса, и жених Терезы согласно кивнул, подтверждая.