Призрак несбывшейся мечты

Добравшись до кабинета герцога и получив разрешения, оба молодых человека зашли и быстро вкратце обрисовали свои идеи.

— Нет.

Категорический отказ Фридриха был полон холода и стальной решимости, с которой спорить было не то что трудно, а казалось невозможно.

— Учитель, вы хотите опозорить свою дочь?

Несмотря на все свое уважение, Вильгельм очень редко беспрекословно слушался приказов герцога, а точнее только на тренировочной площадке.

— Что ты мелешь.

Зная нрав ученика, Фридрих понимал, что тот замыслил какую-то пакость, которую сможет использовать себе во благо.

— Фи! Как грубо, я лишь хочу, чтобы молодая леди влилась в светской общество, а не прослыла черным пятном на репутации…

Громкий удар по столу железного кулака герцога оборвал нескладную лукавую чушь принца.

— Я не позволю этому случиться.

— Отец, подождите, если люди узнают, что старшая дочь находилась в поместье и проигнорировала столь грандиозное торжество, посвященное новой Святой, то людю… нет, не то что люди, все дворяне ее будут бойкотировать и презирать.

— Учитель, я прекрасно понимаю, что вы хотите убрать ее подальше от глаз моего дрянного папаши, но этим вы больше навредите ей.

— Вы…

Выслушивая бредни молодого поколения герцог все больше и больше закипал от злости, его упрамство, конечно знало границы и его рассудительность давала понять, что этим жестом он скорее навредит дочери, чем поможет, но его опасения были весьма объективными. Уняв появившуюся дрожь из-за вспыхнувшего гнева, мужчина попытался более холодно объясниться:

— Вы даже не представляете, что может выкинуть Мара и как люди будут ее провоцировать на это.

Крион, если ты забыл и ты, Вильгельм, который всегда плевал на мнение аристократии, я напомню, что Мара до своего отъезда была лидером молодых леди своего и немного более старших поколений. С ее мнением считались, как с мнением императрицы, ей завидовали, ее ненавидели, ее уважали и в тоже время презирали, ибо она умело использовала свою власть и ресурсы, что очень сильно бесило всех высокородных дам, стремящихся занять лидирующее место. Когда она убыла, место освободилось и вот уже десять лет его занимают другие люди. Мара была отрезана от всех светских сплетен, веяний культуры и новомодных романов, появись она в этом обществе снова, то ее разорвут в клочья, не оставив и следа. Твоя сестра вернулась только сегодня и не готова еще вливаться в светское общество вновь.

— Учитель, вашей дочери уже двадцать лет.