Советница его темнейшества

Ох, у меня же ещё селенис есть, любимый камень изгнанной белыми магами богини Лойт! Неужели Алиан видит спрятанное под пологом невидимости украшение?

- У тебя на шее, - подтвердил он мои подозрения.

- Я закрою его, богиня не увидит, - и положила на камень обе ладошки.

Архимаг чуть поморщился, опустил веки и ничего не ответил. Но, когда он вскинул ресницы, в комнате как будто стало ещё светлее. Удивительные глаза смотрели на меня. Не бледно-голубые, а зеленые, почти мои. Но и другие, совсем. Яркие, лучистые, как изумрудные звезды.

Убийственно ледяные звезды.

Алиан резко помолодел. Кожа разгладилась и посветлела. Волосы приобрели золотистый блеск, а прямые брови, наоборот, потемнели и хищно изломились, складки у губ стали жесткими.

Больше ничего в нем не изменилось, но мне было явлено другое существо.

Если бы в нашем мире существовал бог войны, он выглядел бы именно так.

Я почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. Даже Сатарф не наводил на меня такого страху. И Дьяр на троне.

От белого архимага веяло чудовищной, жестокой и равнодушной мощью.

И только такая мощь могла одолеть смертельную магию гиньи и остановить превращение Эльды в тварь.

- Ничего себе! - прошептала я.

Глаза, осветившие истинный облик Алиаса, померкли, и его лицо стало прежним. Красивым, благородным, но куда более скучным.

- Никому не рассказывай, хорошо? – попросил архимаг, довольный произведенным эффектом.

От окна послышался судорожный выдох. Я резко развернулась.

Там, распустив блистающие крылья, стоял Ирек. Растрепанный, помятый и почему-то на одном колене, как рыцарь на присяге. И вцепился когтями за край подоконника, таращась на лицо Алиана.

- Это и к тебе относится, демон, - отец и бровью не повел, но в голосе прогремела сталь. – Кому скажешь об увиденном…

Ирек промычал что-то невразумительное.

Все-таки в том, что я - жрица, есть и плюсы: на тебя никогда не наорут. Намычать могут. Нарычать. Настонать. Но возразить, да еще и обругать - никогда.

Однако, заклинание немоты надо все же снять с бастарда, а то прибить он может и молча.

- Не слышу тебя, гость, - Алиан недоуменно поднял бровь.

- П-понял, - выдавил Ирек, старавшийся на меня не смотреть. И, осознав, что дар речи к нему вернулся, облегченно вздохнул. - Не скажу. Да и не видел я пока ничего особенного.

- Знакомься, папа, это мой друг Ирек, - поторопилась я представить их. – Ирек, это архимаг Алиан, мой отец.