Этикет для Сусликов

Открыв голубые глаза, он увидел фурию, облачённую лишь в весьма сексапильный комплект нижнего белья из прозрачной сетки, чулки и те самые, памятные ему по «Крыльям Мотылька», красные туфли на высоком каблуке.

В руках зеленоглазая бестия держала наряд из разряда «вынос мозга состоялся», который могла себе позволить далеко не всякая женщина. «Ага, попалась, маленькая мышка!» – самодовольно подумал ухарь и решил, что пора уже поганке начинать играть по его правилам.

Он чувствовал своё тело, но с удивлением понял, что не владеет им.

Как ни хотел сгрести Мег в охапку, но пальцы натолкнулись лишь на холодную серебристую поверхность, которая отделяла его от заслуженного, как он считал, трофея. «Что это? Она меня, что, в зеркало превратила?» – от осознания всего ужаса сложившейся ситуации бедолага со всей души приложился лбом об равнодушную к его бедам серебряную завесу. Потом горестно охнул, почувствовав, как наливается лиловым огромная шишка. Никто так и не обратил внимания, на то, что новый предмет обстановки в дамском будуаре оказался с пикантным подвохом подвохом.

Мег тем временем накинула форменное безобразие себе на плечи и принялась сноровисто застёгивать невидимые для постороннего взгляда крючочки, которые не позволяли невесомой и совершенно бесстыже выглядящей конструкции распасться на отдельные скаредные лоскуты.

И без того соблазнительная фигура фурии заставила пленника обиженной на Танатоса феи судорожно вздохнуть и проклясть тот день, когда он повстречал крылатую заразу со странным чувством юмора и недопустимыми представлениями о справедливости и мести.

Мегера меж тем, словно в насмешку, решила устроить для подруг небольшое дефиле, от которого музыкант взвыл от бессилия и злобы, пожелав своей врагине подохнуть от скуки и никогда не получать желаемого.

Глаза музыканта, как прилипли к стройной фигурке, так и уже ни на что больше и не отвлекались. Он снова и снова пытался вырваться на волю из странного серебристого тумана, но потерпел сокрушительное фиаско.

Возбуждение же достигло такого уровня, что превратилось в настоящую пытку. Он тихо завыл от бессилия и злобы, нанося удары головой в прозрачную стену, не дававшей жертве вожделения добраться до объекта обожания. Тот был непростительно близок, но недостижим, как Луна в небе без ракеты и скафандра.

Нокс смущённо покраснела и пробормотала:

– Мег, подбери для меня что-то менее убойное в плане приличий, но не менее дающее по мозгам.