Испытание

Еще недавно все было хорошо, однако ситуация стремительно менялась не в нашу пользу.

Почувствовала надвигающуюся истерику. Пусть! Лучше один раз отрубить, чем медленно резать по живому. Мне не привыкать. Я, видимо, проклята и недостойна счастья. Только бы выдержать этот разговор, не разреветься и суметь отпустить единственного человека, который любил меня.

– Андрей, – повернулась к нему, не поднимая глаз, – ты очень дорог мне, но я не хочу, чтобы ты страдал. Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня, но так больше продолжаться не может.

– Ты бросаешь меня?

Я никогда не видела его таким: колючий взгляд, сдвинутые на переносице брови, сжатые в кулаки руки. На мгновение стало страшно, словно я видела перед собой опасного незнакомца, а не любимого мужчину. Пытаясь не сорваться, постаралась успокоить обоих:

– Я отпускаю, потому что ты достоин лучшего, чем ненормальная истеричка с комплексом неполноценности.

– Я не знаю, что происходит, но ты не имеешь права решать за нас обоих, поняла? Все пары ссорятся – это нормально, но это ничего не значит.

Я не позволю тебе уйти!

***

Полчаса спустя мы сидели в кабинете Ахметова, пили зеленый чай и говорили, конечно, обо мне. Андрею было некомфортно. Это чувствовалось по его напряженной позе, молчанию, хотя он сам вызвался привезти меня сюда. Сказал, что хочет знать больше о моих проблемах

– Для начала успокойтесь, молодой человек. Вероника с недавнего времени проходит новый курс терапии, который позволит ей преодолеть свои страхи и обрести спокойствие.

Вам следует поддержать ее. Сейчас она очень уязвима. Если вы не готовы бороться вместе с ней, постарайтесь хотя бы не мешать.

Андрей стиснул зубы, сдерживаясь, чтобы не позволить себе ответить что-то резкое. Больше всего на свете он ненавидел подчиняться чьим-то решениям, будучи слишком самостоятельным и уверенным в своей правоте. Психолог, в свою очередь, не собирался щадить его чувства.

– Надеюсь, мы поняли друг друга, – дождавшись кивка Андрея, Ахметов продолжил:

– Подождите Веронику в прихожей.

Я не задержу ее. Ничего такого, о чем вам следует беспокоиться, но понятие врачебной тайны никто не отменял.

Как только дверь за моим парнем закрылась, я отставила ненавистный мне зеленый чай и произнесла:

– Спасибо вам, Ренат Мансурович! Простите, что мы приехали без предупреждения. Моя жизнь никогда не была нормальной, но с каждым днем все только хуже. Теперь еще и вас втянула в мой персональный ад.