Это моя ведьма!

И пускай моей репутации ничего не грозит (странно грозить тому, чего в принципе нету), Крону эти слухи могут значительно подгадить. И кому оно в итоге надо? Это я про открытие наших отношений, угу.

Я, конечно, не питаю иллюзий: мол, станет он Верховным, и жизнь моя, как и других ведьм, сразу станет легче… Вовсе нет! Я прекрасно осознавала, что вековые устои так просто не разрушить. И что не такие у нас отношения, чтобы ради меня он пошел на подобный, не побоюсь этого слова, подвиг – читай, перевернуть жизненный уклад нескольких рас сразу.

Да что там рас, можно сказать, всего мира! И что ему придется убить одну из нас, на глазах у нескольких тысяч свидетелей, с удовольствием смакующих это зрелище…

Да, всё так. Но… Может, я отбитая на голову. Может, жестокая и бесчувственная. Может, воспитали меня неправильно! А может, я просто мыслю рационально. И понимаю, как несладко придется лично мне и всем живущим сразу, если на трон взойдет Зохро.

Ну, или Зейн – последний оказался еще странее и причудливей, чем мой любимый кучерявый болванище.

… Доставать один-единственный предмет из сундука с тяжелой крышкой, работая одной рукой, оказалось делом непростым. Вторая так и оставалась нерабочей, не было пока никаких положительных движений, даже пальцы не скрючило. Я ковырялась в ворохе вещей, нужных и не очень, и искренне не понимала, откуда все это взялось. Какие-то лоскуты ткани, мотки разноцветных ниток, пучки сухой соломы, обрывки пергамента, учебники и конспекты.

Свитки, пустые склянки, недорогие амулеты, сломанные безделушки, кое-какие ингредиенты для зелий, заготовки под обереги и даже кое-какие детали собственного гардероба!

Нашлась даже любимая рубашка с не выведенным когда-то пятном. А вот средство связи никак не попадалось под руку. Нет, пару раз я видела белые матовые бока с черным узором, но, как по закону подлости, куча хлама скатывалась на расчищенное место, закрывая обзор. Еще и Уно красноречиво ухал, откровенно издеваясь над моими поисками и сердитым пыхтением из недр сундука.

- Может, помочь? - наконец, сжалившись, глухо предложил вредный птиц, сидящий на спинке кровати.

- А раньше ты предложить не мог? – сердито сдув прядь волос, выпрямилась я, сжимая в руке искомое, наконец-то выловленное после долгих мучений и тщетных попыток выкинуть часть хлама наружу.

- Я в тебе никогда не сомневался, Руса, - довольно блеснул глазами пернатый поганец, вспушив пятнистые перья. Вот же!..