Наследница Торманжа

Прошедшая войну, трудные послевоенные годы, потерявшая мужа и всех родственников, самостоятельно вырастившая сына, для всех она непререкаемый авторитет и домашний цербер.

Последним является папа. Оценив диспозицию, садится рядом с Антоном и с маниакальной настойчивостью принимается выпытывать его версию вчерашнего похода на дискотеку и, соответственно, прихода домой. Брат ловко изворачивается и от прямых ответов уходит просто мастерски, заговаривая зубы родителю.

Накрыв на стол, размещаемся кругом и дружно завтракаем под традиционную воскресную «Утреннюю почту».

Николаев сегодня своеобразно выглядит: съёмки на природе, так и он в куртке, а не в традиционном костюме. Не то чтобы этот тип мне очень нравился, но как ведущий — вроде ничего. Опять-таки плюс от такой ситуации — на меня внимания не обращают. И не дёргают.

— Стелла, — вдруг обращается ко мне бабушка. — Ты помнишь, что обещала мне помочь сегодня?

Ну вот, сглазила. Делаю вид, что задумываюсь, принимая позу роденовского мыслителя и закрывая кулаком ссадину.

Не верю я в эффективность косметики, в полумраке — да, возможно, но при дневном свете... Взглядываю исподлобья и вздыхаю:

— Помню.

Вот ведь! Весь отдых к чертям. Придётся ехать на дачу (вернее, какую там дачу — целую фазенду, соток на двадцать!) и полоть клубнику. Мрак.

— А ну-ка, — моментально почуяв подвох, бабушка решительно убирает мою руку от лица и рентгеновским взглядом просвечивает затонированный участок кожи. — Что? Опять? — качает головой. — Что-нибудь болит?

— Нет, — начинаю лихорадочно прикидывать, под каким предлогом и куда бы слинять.

— Точно? — подозрительно прищуривается домашний следователь и целитель по совместительству. — Ты же знаешь, что для тебя это опасно, почему сразу не сказала? — принимает позу низкого старта, явно готовясь метнуться к аптечке.

— Клавдия Семёновна, — тактично вмешивается мама, — ну вы же видите, что всё в порядке, не нужно напрасно переживать.

— Анна! — пронзает невестку строгий взгляд. — Вот кто-кто, а ты в курсе, что синдром возрастной и проявиться может в любой момент, тем более что она, по сути, ещё ребёнок! Счастье просто, что пока ещё ни разу не пришлось радикальных мер принимать.

Когда Сашка рос, я его дважды едва смогла в норму привести!

— Мам, — гудит папа, — ты не сравнивай. У меня же драки обострение спровоцировали. Там удары гораздо сильнее были.

Поняв, что про меня забыли, приподнимаюсь и начинаю вдоль стеночки перемещаться к выходу, чтобы удрать в комнату.