Две души. Испытание бытом

Вот и сейчас на мне сидело легкое небесно-голубое шелковое платье, прекрасно облегавшее мою фигуру, подчеркивая все ее достоинства и скрывая некоторые недостатки. Да, чуть выше, чем положено по местному этикету, но уж тут я уперлась рогом: не хочу, да и не буду носить вещи, закрывающие лодыжки. Пусть другие так ходят. Это их дело. Я же буду носить то, что захочу лично я. Всё. Точка. Портниха слушала в ужасе, наверняка мысленно поминая всех известных ей богов и прося их образумить несговорчивую герцогиню, но перечить родовитой клиентке не посмела, так что нынешнее платье было длиной до середины голени.

Отлично. То, что надо. На шею – колье из аметистов, в уши – фамильные серьги с тем же камнем, на палез – кольцо, обычный золотой ободок, как на Земле замужние женщины носят, и можно идти.

Муж особо заморачиваться не стал: черные брюки и белая накрахмаленная рубашка. Сверху – пиджак под цвет брюк. Все. Он готов. Везунчик…

- Я тебе не бифштекс с кровью.

Варт, нас гости ждут.

В ответ – вздох.

- Не напомнишь мне, зачем мы все это устраиваем?

- Устраиваем что? Ужин обычный, не торжественный. Просто встреча родственников. Не хочешь общаться? Не надо. Сиди все время молча. Но будь любезен, дай понять своей тете и ее семье, что они здесь – желанные гости. Сегодня и всегда. И да. Твой проштрафившийся племянник тоже будет.

Удивленно поднятые черные густые брови:

- Этот-то тут каким боком?

- В воспитательных целях.

За разговором дошли до обеденного зала.

В комнате нас уже ждали: низенькая плотная женщина, высокий худой мужчина и двое разнополых детей-подростков, небольшого роста, худых, как щепки, сидели за столом. Одеты все более чем скромно, но чисто и опрятно: на женской половине – закрывающие все, что только можно, однотонные, серого цвета, довольно безвкусные, сшитые явно в позапрошлом веке где-нибудь в далекой провинции, платья, неимоверно уродовавшие природную привлекательность гостий; мужчины носили такие же старинные коричневые брюки, серую рубашку и черный фрак.

Боги. Фрак. По такой жаре. Их же тепловой удар хватит…

Все четверо сидели, чуть ли не сжавшись в комок, на самом краю стола, возле входной двери. Неподалеку от них, но все же отделившись парой-тройкой стульев, расположился горе-племянник.