Милая Лэина в логове Змея

Пока я с удовольствием поглощала сёмгу, к нам успел подплыть ещё один из гостей, приземистый черноволосый Оиилэ средних лет, его напоминавшее квадрат лицо показалось мне до боли знакомым. Он вежливо поздоровался с Рагавурром, а затем со мной, называя меня по имени.

- Позвольте, с кем имею честь? – спросила я, спешно дожевав очередной кусочек рыбы.

- Как же? Вы позабыли о нашей встрече на балу в Улиан Гиугин?! – казалось, этот подозрительно знакомый мне Оиилэ, немного оскорбился. – Я до сих пор сожалею, что не вызвался ухаживать за Вами первым и уступил место советнику.

Хотя… - он скользнул по оголённым участкам моего тела сальным взглядом, - возможно, для других кандидатов ещё не всё потеряно.

Я стала лихорадочно перебирать в памяти всех, с кем могла познакомиться на балу, и к собственному ужасу обнаружила, что новыми знакомыми могли быть только члены свиты Норага, сына Правителя. Очевидно, именно этому квадратоликому Оиилэ Нораг хотел поручить ухаживания за подающей надежды наследницей Королей, то есть мной.

Я бросила взгляд на Рагавурра, походившего на статую, настолько его лицо было сейчас лишено эмоций, и в мыслях поблагодарила себя за смелость принять ухаживания этого Морского змея. Ведь даже по сей день мне казалось, что из всех присутствовавших на том балу Ругоии, он вызывал доверие больше остальных.

- Так что насчёт экскурсии? – спросил Омин, когда между нами повисла неловкая пауза.

- Лэина-ламэ её так ждала! Скорее плывите, - пропел Рагавурр елейным голосом, которому я уже давно перестала верить.

– А я пока поболтаю с Оэном. Столько всего нам надо обсудить…

Я пожала плечами и последовала за моим экскурсоводом. Первой реликвией, возле которой мы остановились, был возвышавшийся на вырезанной в стене полке кубок с крышкой. Он отдалённо напоминал те, что использовали в своих ритуалах жрецы. Для обычного же Оиилэ подобные предметы бессмысленны: в океане не так просто найти жидкость тяжелее воды, а для хранения простых предметов было достаточно и шкатулок.

- Это Кубок Причастия, - пояснил Омин.

– Его использовали для разделения вины с кем-то другим. Лаан прибегали к нему, чтобы не платить высокую цену за свои деяния. Они наполняли кубок Волей и заставляли своих должников пить из него. Когда пострадавший спрашивал цену, она разделялась на всех «сопричастных». Не мне тебе рассказывать, что Лаан были в разы сильнее других Оиилэ, а после обряда Причастия цена для них и вовсе становилась смешной. Совершать преступления и не отвечать за них.