Наследство черной вдовы

Информация, конечно, сразу в голове не уложилась, но общее представление я получила. Замок находился на материке Дория, крупном участке суши, омываемом сразу двумя морями. Мягкий климат, частые обильные осадки, четыре времени года, но граница между ними сильно. Одним словом, рай, а не жизнь.

«Еще бы проклятия не существовало», - подумала я грустно. В принципе, узнав легенду рода, я могла понять Селениру: кому ж понравится, что мужья мрут, как мухи.

Тут даже если простая привязанность появится, уже шрам на сердце может остаться. А если легкая влюбленность или сильная любовь? Как ни укрывайся от чувств, они все равно могут нагрянуть в любой момент…

Поставив назад книгу, я достала другую, с историей мира.

«Гория зародилась из сна бога всего сущего Карица, - утверждал неизвестный автор, - она выплыла из его сновидения и стала самостоятельным миром в цепочке других миров».

Я удивленно вздернула брови: необычная интерпретация возникновения целой планеты. Выплыла из сновидения? Я честно попыталась себе представить целый мир, спешно выкарабкивающийся из сна бога. Получалось плохо: моего воображения на такую картину явно не хватало. Скептически качнув головой, я вернулась к книге.

Нимфы, полубоги, эльфы, драконы, тролли, гномы… Я читала перечисление рас и вспоминала толстый мифологический словарь, стоявший на книжной полке дома.

Складывалось ощущение, что автор дневал и ночевал в том самом словаре, черпая из него вдохновение для описания рас и их образа жизни.

Низенькие кряжистые гномы с бородой до пола активно стучали тяжелыми молотами в кузне, высокие надменные красавцы эльфы в своих густых лесах воспевали природу и любовь, крупные воинственные тролли нападали на беззащитные поселения людей. Прямо эпическое фэнтези, а не книга по истории.

Я перелистнула очередную страницу, когда услышала голоса в коридоре.

Дверь распахнулась.

- Я утверждаю, что… - произнес знакомый голос осматривавшего меня лекаря. А дальше – тишина. Похоже, меня заметили.

- Ронара, - лекарь очутился передо мной с нахмуренными бровями, явно недовольный моим появлением в библиотеке, - вам следует лежать.