Наследство черной вдовы

– Жалко принца троллей. Он такой молодой.

- Вы с Селенирой все же очень похожи, - Кладира уселась на стул напротив кровати. – Та тоже любила такие шутки с черным юмором. То есть выбор ты уже сделала?

- Я все больше понимаю твою сестру, хоть и готова ее прибить. Выбор? Да нет тут особого выбора. Принц пока что кажется мне самым адекватным из всех женихов.

Я покосилась на сгущавшуюся темень за окном, перевела взгляд на свечи, тускло горевшие на столе. Время после ухода Лорана я провела, пытаясь читать книгу о местных традициях.

Текст не лез в голову. Я обдумывала слова Лорана, вспоминала свои галлюцинации и снова и снова заходила в тупик. В уравнении оказалось слишком много неизвестных, решить задачу на данном этапе возможности не было, и такое положение дела раздражало меня все больше.

- Кладира, Селенира владела магией, так?

«Сестра» кивнула.

- Она считалась сильным магом. И я удивлена, почему ее способности до сих пор не проснулись в тебе.

А уж как я удивлена…

- Скажи, в вашем магическом мире это нормально, когда прикасаешься к человеку и видишь сцены из его прошлого?

Кладира непонимающе нахмурилась:

- Ты имеешь в виду Лорана? И что именно ты увидела?

- Его переживания. И увидела, и прочувствовала.

Мой рассказ Кладира слушала молча и все больше хмурилась:

- Ничего не понимаю. Да, я слышала о таких случаях, давно, в глубокой древности, когда только появились родственные души.

Существам разных рас позволяли таким образом понять и увидеть чувства той души, что была им предназначена. Но, насколько я знаю, последние несколько веков ничего подобного ни с кем не происходило.

Что называется, почувствуй себя избранной…

- И как часто я буду это видеть?

- Не знаю, - качнула головой Кладира, - я, как младшая дочь, обделена магией и мало что в ней понимаю. Все, что нам остается, - добраться до замка и попытаться поговорить с Зариной.

- С вашей призрачной родственницей? Думаешь, она пойдет на контакт?

- Заодно и выясним, - Кладира поднялась. – Отдыхай. Завтра выезжаем рано утром.

Отдыхай. Легко сказать. Сначала я полночи не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, с тоской вспоминала дом на Земле, родных, маму, ушедшую так быстро. Плакать я не любила, считала слезы признаком слабости, но теперь мне хотелось реветь белугой от безнадежности и усталости.