Питомица дракона

Когда приземлились, уже в сумерках, рукокрыл подошёл ко мне, неуклюже ковыляя (это ему пока сильно хуже полёта давалось) и сказал уверенно:

— Я хочу услышать имя. То, что ты мне дал про себя.

Остальные заинтересовались. А он продолжал:

— Я ведь не обязан его брать, но мне интересно. И думаю, что понравится. 

Я молодым тоже таким странным был? Высокопарщины не замечаю, но… А хотя, что это я дурю. Сам испытывал множество разнообразных эмоций и мотиваций в первое время. Ой, да и после тоже. Смягчился.

 

— Ты мне ничего не должен. Принимай решение от души, — посмотрел я на него. Тот кивнул. — Медный. Это пришло на ум, когда впервые увидел отблеск твоей чешуи на солнце. 

— Выходит, это первая мысль того, кто меня первым увидел, — взвесил он. — Польщён, что это был ты, Дэган. Я бы хотел взять имя Медный.

У меня по всему телу неожиданно волна мурашек прошла. Удовлетворение? Чем-то оно напомнило ту эйфорию, или это я сам себе надумал… Волнительно как. Я назвал другого дракона.

Ух. Никогда не думал, что такое со мной случится.

Братья подошли поближе и оценивающе прошлись взглядом по новичку. 

 — Тебе подходит. Хороший выбор, — сказал Морок. — Дело даже не в цвете шкуры. Медь -металл, имеет свои свойства. Тебе подходит с ней ассоциироваться.

После этих слов я взглянул по иному на новое имя. А ведь и правда. Для меня оно отражало лишь цвет. Но на деле, это материал. И вот уже совершенно другой оттенок. А ему и правда идёт. Даже очень.

Глава 11ая, ошеломительно-поисковая

Возвращался под утро.

Всю ночь дружной компанией занимались изрыганием огня. Мы с братьями баловались, а медный мучался. У него плохо получалось. Вот тоже статистика — кто испытывает по началу проблемы с дыханием, как я — у того огонь сильный. Остальным это даётся сложнее. Ночью пламя прекрасно видно, можно разобрать потоки и форму. Потому и отложили эти занятия на темноту, как только поняли, что просто не будет.. 

Медный ещё пару странностей выдал.

Явно есть груз прошлого, которое он смутно помнит. У меня его, кроме обожаемого имени, вообще вроде как не оказалось. Разве что нелюбовь к людям можно списать туда же. Но кто ж знает. 

Большую часть ночи просидели на обрыве высоко над водой и плевались огнём в небо. Потом разные свойства огня показали новеньку. От такого он залип, и следом попросил ещё. Таращился на нас как моя питомица вчера на всё.

И вот я о ней вспомнил и заволновался.