Питомица дракона

 

Я готов был лопнуть от гордости за Медного. Он огромный молодец! Так грамотно воспользовался своими преимуществами! Даже у меня, учитывая размеры, не получился бы подобный фокус с крыльями. Странно, что Холодный не применил ни одного недостойного приёма. Либо не успел просто, либо не воспринимал противника всерьёз. А когда понял свою ошибку — было уже поздно. Хотя, я мог просто не заметить.

Мы опустились вокруг места падения, Морок с Изумрудным осматривали брата, которому досталось заметно сильнее.

А я выливал на Медного свои восторги, пока помогал ему подняться. Удивительно, после битвы с таким опытным воином он вполне держится на лапах! Храбрится, конечно, из последних сил, но всё же. 

Вся шея и грудь Медного были изорваны, но кровь уже запеклась. В этом у драконов преимущество — по жилам тоже течёт почти пламя, так что кровотечений не бывает. 

Почти не бывает. Помню, оторвал я как-то своему противнику ногу у основания, вот тогда хлынуло, но тоже быстро прекратилось.

Ибо прожил он после этого не долго. Без головы-то тяжело. 

— Это был потрясающий бой! — восхитился я.

— Сложный, — устало ответил Медный.

— Ещё бы. Но ты выстоял и даже победил. Работал головой столько же, сколько лапами и крыльями. Не бросался необдуманно. У тебя впереди невероятное будущее, только не перебарщивай с драками, — назидательно сказал я ему. 

— Знаешь, — откликнулся собеседник, — я понял одну важную вещь. Если действительно захочу, смогу победить кого угодно.

Но цена будет высокой. Я чуть не убил его, замедлиться не удалось. Не хочу убивать. 

Вот и всё. Я лопнул. Да, от гордости. 

— Нет, ну, вы посмотрите. Такой молодой, а уже такой умный, — восхищённо выдал Морок. — Давай лечить тебя будем, победитель. 

Медный не понял:

— Лечить? Как? 

Вместо ответа братья показали. Они стали по обе стороны от поверженного синего и, расправив крылья, сомкнули их над его телом, полностью спрятав. Чтобы заживить раны дракона, нужно поделиться с ним своей силой, что они и сделали.

Медленно, осторожно, дабы лишний раз не травмировать нарушенные структуры тканей, они вливали в него жизнь, что теплом расходилась вокруг. Медный смотрел, как завороженный. Я хмыкнул:

— Впечатляет?

— И что, даже крыло его срастётся? — удивился Медный.

Я покивал и предложил:

— Хочешь, полечу тебя сам? Морок с братом, конечно, специалисты, но и я…

— Конечно! — не дав мне договорить, согласился он.