Как отделаться от жениха и не влюбиться

Мерзкий старикашка! Я ему еще покажу, как связываться с представителями Дома воздуха!

Глава 4

До покоев шла, словно в бреду, но изо всех сил старалась держать лицо, чтобы ни у кого и мысли не возникло, что баронесса Ассанж страдает. В стане врага нельзя демонстрировать слабость!

Лишь закрывшись в комнате, смогла позволить себе выплеснуть эмоции. Дневник первым принял мою боль и узнал о предательстве родителей. Затем я написала Кире, и Розалинде. У первой родители могли просить денег на мой брак, а вторая могла знать или узнать о том, что меня продали.

Продали! Как вещь! Со злости швырнула подвернувшуюся под руку вазу в раскрытое окно. Услышав в ответ недовольную ругань, притихла. Спокойно, ветерок! Берем эмоции под контроль.

Тем не менее, завтрак я пропустила. На вопрос слуги, присланного хозяином дома, о причине отсутствия сквозь закрытую дверь ответила, что болит голова. Универсальная отговорка. Работает как с мужчинами, так и в подобных случаях, когда необходимо побыть одной.

Когда пришла Марьяна, чтобы помочь сменить платье к обеду, я внимательно следила за ее поведением. Слуги всегда все знают.

- Все в порядке, госпожа? Быть может, позвать лекаря? Или попросить зелье? В замок, говорят, сегодня прибыл зельевар.

- Скажи, ты знала, что герцог не о браке договариваться приезжал, а о покупке? – я строго посмотрела на камеристку через зеркало. Девушка отвела взгляд и отвернулась, якобы за драгоценностями.

– Марьяна! – я вскочила. – Ты знала, и ничего не сказала! Как ты могла?

- Но вы бы тогда сбежали! – после долгого молчания, наполненного моими гневными взглядами, созналась девушка.

- Конечно, сбежала бы! Я была бы свободна и вышла бы замуж по любви! Если бы ты только вовремя меня предупредила…

- Простите, ваша милость, как я могу…

- Уйди, пожалуйста. Я сама закончу. Просто… уйди, Марьяна!

На глазах девушки блеснули слезы, но я была непреклонна. Не могла никого видеть сейчас! Все, кого я любила, в один миг сделались если не врагами, то недругами точно! Служанка исполнила реверанс и оставила меня одну.

Вот так расклад!

Отец меня продал, камеристка предала, а сестры, наверняка, заговорщицким молчанием проводили в последний путь, зная, что моей жертвой обеспечено их будущее… Ведь каждой из них известно о моей любви к Роберто! А старый герцог – хорош же плут! Смотрел на все и улыбался.