Избранница владыки Тьмы

Нет, надо выбираться.

Услышала за дверью шорох и кинулась в другой конец комнаты. Спряталась за кроватью, так чтобы меня не было видно. В комнату зашел дикарь, и тут же опустилась так, что сама не смогла видеть его. Почти не дышала, надеясь, что он уйдет, не найдя меня.

Но в следующую секунду меня больно схватили за волосы и потянули вверх. Я даже не слышала его шагов рядом. И как он мог найти меня? Я точно сидела в слепой зоне. Следующее его движение ответило на мой вопрос. Он коснулся шеи носом, вдыхая мой запах.

Вот это меня и выдало, хотя было удивительно, что он нашел меня по запаху словно собака.

Меня снова кинули на кровать. Дикарь сел рядом и взялся за мои ноги. Я испуганно почти закричала:

- Прошу, не трогайте меня!

Он, не обращая внимания на мои крики и брыкания, стал что-то высматривать на моем теле. Сначала осматривал ноги, затем руки. Стал оголять мое тело, словно с целью что-то найти.

- Слушайте, что вам надо? Не трогайте меня! Отпустите меня!

Я забилась в его руках, как только он коснулся моих бедер.

Поняв, что там нет того, что он искал, перешел к моей шее и плечам. Не знала уже как отбиваться от него. Он не обращал на мои крики никакого внимания, продолжая осматривать внимательно, щуря при этом глаза. Чуть разорвав платье у груди, он таки нашел то, что искал.

Дикарь недовольно зарычал словно зверь, и резко встал с кровати.

- Лагиза. – Закричал он, кого-то зовя. Насколько я поняла это было имя. Имя старухи, которая тут же явилась на зов мужчины.

Они о чем-то говорили, изредка смотря на меня. Я же пыталась понять, что это он такого увидел на мне. Опустив глаза, заметила чуть выше груди у сердца необычный рисунок в виде тигра с шипами на спине. Это не было похоже на татуировку. Скорее - какая-то метка, невесть откуда появившаяся на мне.

Рисунок был белого цвета и переливался словно жемчуг на свету, идущем от окна. Потрогав метку, почувствовала под пальцами очертания рисунка. Как такое могло появиться на мне? И, как назло, ни на что не было ответов.

Я не понимала язык этого мира, и они не понимали меня. Как же мне быть то?

Старуха ушла, оставляя меня наедине с дикарем, который стал раздеваться. Я запаниковала. И так понятно, что он собрался со мной делать и я не могла смирится с этим. Из глаз невольно потекли слезы, руки задрожали, выдавая мое нервное состояние.

Я кричала о помощи, но, конечно, не вслух. Мы были одни с дикарем, и спасать меня было не кому.