Под тихое мурчание...

И это вполне логично объяснялось тем, что у нее были какие-то необычные способности, помогающие ей особенно хорошо ладить с кошками.

Жаль только, что она так неохотно рассказывала о своих особенностях Егору. Но он мог попытаться вытянуть из нее кое-что сам.

- И что же ты сказала этому котяре? – поинтересовался молодой человек, решив, что ответ на этот конкретный вопрос, возможно, даст ему больше информации, чем обтекаемые общие фразы, которые он слышал от девушки до этого.

Тая снова ответила не сразу, а лишь после краткой, едва заметной заминки.

- Я его попросила… не только успокоить эту девочку, но и сделать так, чтобы она забыла об аварии, - сказала она, опустив глаза, а потом направилась к следующей двери. – Понимаешь, это явно очень впечатлительный ребенок, она этот случай может потом всю жизнь вспоминать и бояться из-за него ездить в транспорте. Или еще чего-нибудь бояться – детские страхи могут потом во что угодно трансформироваться. Лучше если она вообще не будет ничего об этом помнить…

Таисия заглянула в очередную комнату и двинулась дальше, по всей видимости, собираясь проверить все номера, в которых поселились вновь прибывшие.

Грушев пошел вслед за девушкой, обдумывая, о чем задать ей следующий вопрос.

- Значит, коты-баюны умеют еще и это? Еще и стирать память? – уточнил он для начала.

Полуянова обернулась и нерешительно посмотрела ему в глаза – она по-прежнему не была уверена в том, все ли ему можно рассказывать.

Но в то же время, как показалось молодому человеку, ей хотелось поделиться с ним своими секретами. И насколько он успел ее узнать за проведенные в городе кошек недели, долго держать в себе секреты эта девушка не умела.

- Да, это возможно, хотя и довольно нелегко, - призналась она и, помедлив еще немного, добавила: - Понимаешь, вообще, мы стараемся этого не делать. Многие люди хотели бы навсегда забыть что-то неприятное, но все переживания нам для чего-то нужны. А кроме того, если даже человек что-то забудет, он все равно может узнать о том, что с ним случилось – другие люди расскажут.

Так что мы не очень афишируем это кошачье умение… Чтобы пациенты не просили подчистить им воспоминания. Но эта девочка… Она маленькая совсем, мне было ее слишком жалко, - Тая оглянулась назад, проверяя, не вышел ли в коридор еще кто-нибудь, кто мог бы услышать их с Егором разговор, и, убедившись, что они одни, с заговорщицким видом приблизилась к собеседнику.