Под тихое мурчание...

Все то, что может ему пригодиться, если он все-таки попытается оттуда сбежать, когда окажется один. Или если окончательно решит там остаться.

Шон, между тем, явно даже не догадывался, что шофер собирается вытягивать из него секретную информацию.

- Они потребовали распустить наш питомник! – начал он рассказывать, и Грушеву показалось, что этот человек даже обрадовался возможности выговориться прямо сейчас, не дожидаясь встречи с коллегами. Скорее всего, ему и в голову не пришло, что за ним могли прислать сотрудника, не до конца посвященного в их тайные дела.

Егор же, услышав ответ О’Нила, на мгновение и сам забыл, что не просто так начал его расспрашивать.

- Зачем распустить? – изумленно повернулся он к своему пассажиру.

Таисия и другие сотрудники российского питомника говорили ему о том, что европейская комиссия часто придирается к несущественным мелочам и штрафует за них, из-за чего ее приезда и опасались, но о том, что они могут вообще закрыть питомник, никто никогда не упоминал.

- У них там крыша… Как это сказать по-русски? Уехала? – ответил Шон, проглотив очередной кусочек льда.

- Поехала, - машинально поправил его Грушев.

- Да, точно, поехала! Они совсем сошли с ума. Раньше они просто следили за тем, чтобы животные жили в хороших условиях, чтобы их нормально кормили, чтобы ухаживали. Проверяли, всего ли хватает питомникам, и если чего-то не хватало, помогали это достать.

А потом они… Ой! – грузовик подскочил на какой-то особенно высокой снежной кочке, и ирландец скривился от боли. – Два года назад они назвали себя защитниками прав животных и стали критиковать вообще все! В прошлом году запретили нам выпускать кошек на улицу и оштрафовали за то, что на всех окнах нет сеток – но у нас нет высоких домов, и на улицах для котов безопасно, а сидеть все время взаперти им скучно… Несколько сотрудников велели уволить, потому что они говорили о кошках без улыбок – сказали, что это значит, что они не любят животных. Мы их уволили, а на следующий день, когда комиссия уехала, обратно на работу взяли. Но в этот раз… В этот раз они сказали, что эксплуатировать животных вообще нельзя, так что мы должны найти им всем хозяев, а кому не найдем, тех они заберут в свои приюты и сами будут пристраивать! Ох!!!

Машину опять затрясло, и Шон выкрикнул пару незнакомых Егору слов – видимо, выругался по-ирландски.