Научи меня... всему

— А как же другие практики? — помедлив, робко осведомилась девчонка. — Неужели все, кого кусает нежить — погибают?

Сообразительная, однако.

— Если вовремя не оказать помощь — да.

С этими словами я кое-как перенёс вес тела на одну руку, потянулся к разгрузочному поясу — и похолодел от ужаса. Потому что нужного зелья не оказалось на месте! Вместо него в петле болталось острое горлышко, о которое я умудрился ободраться.

Проклятье! Похоже, тот теоретик, у которого я купил последнюю партию, решил сэкономить на материалах — и разлил противоядие в те же бутылочки, что и атакующие зелья.

Из тонкого, легко бьющегося стекла!

Доберусь — уничтожу… Лишу лицензии зельевара и диплома Академии. Распространю о нём такие слухи, что он всю оставшуюся жизнь побираться будет!.. Если, конечно, сумею остаться в живых. А надежда на это таяла с каждой минутой.

Вздохнув, я полез во внутренний карман куртки, хотя хруст разбившегося зеркала слышал ещё до того, как потерял сознание… И оказался прав.

От магического прибора осталась одна лишь рама. И та треснутая.

— Зеркало, — отбросив ручку в кусты, посмотрел на Витейру. — У тебя оно с собой?

— Нет… — замотала головой студентка. — Вы же сказали его беречь…

Тоже верно. В пылу сражения сложно уследить за такими мелочами. И я тому прямое доказательство.

— Помоги снять пояс, — отчаявшись, попросил девчонку.

Как бы мне ни хотелось держаться от неё подальше, одному было не справиться. Малейшее усилие причиняло невероятную боль.

В ноге словно солёные угли ворошили… Да что там — я с трудом сидел, оперевшись на руки! А убедиться, что зелья действительно нет, всё-таки требовалось. И немедленно… Благо, повторять не пришлось.

Не задавая лишних вопросов, Витейра услужливо склонилась надо мной — и я едва сдержался, чтобы не завыть в голос! Не от боли, нет... От досады. Потому что прикосновения чутких женских пальчиков в прямом смысле сводили меня с ума! Всё время, пока девчонка старательно ощупывала ремень в поисках застёжки, я буквально горел заживо, не в силах ни опрокинуть её на траву, ни поцеловать, ни даже просто поднять руку.

.. И это причиняло мне не меньше страданий, чем рана, из-за которой я и сидел неподвижно.

В противном случае всё давно закончилось бы куда прозаичнее.

— Вот, — разобравшись с поясом, Витейра аккуратно разложила его на траве.

И я с горечью резюмировал — всё кончено. Эпоха бессмертного некроманта оказалась недолговечной...