За гранью реального

Вообще-то ему ж, наверное, на работу надо, вот и чего дома торчит?

– Совсем ты ещё крошка. Права ветеринар была, рано эта тебя от мамки отняла… – слово «эта» словно выплюнул.

И так обидно стало! Ладно бы я действительно в чём-то провинилась. Но когда вот так! Ни за что… а «Рембо» всё не унимается:

– На работе отгулы взял…

Я в ответ едва не взвыла от безысходности. Не видать мне покоя в этом доме! Ох, не видать!

– Не могу я тебя, малышка, одну дома бросить… как некоторые, – добавил он, а у меня прям комок к горлу подступил.

Ой, ой, ой! Посмотрите, какие мы ответственные и благородные! Спасли от нерадивой хозяйки и прям-таки облагодетельствовали своим вниманием! Зануда! Вспомнились девчонки со двора. Да, они и до сих пор явно жаждали получить хоть толику его внимания. Но… но… я тебе не они! То есть… ну… нет, ну приятно конечно, но ведь никто ж о том не знает. Мысленно вздохнула, махнула на всё ру… лапой и, взглянув на «Рембо», нагло и требовательно произнесла:

– Мя-я-я! – мол: жрать давай!

И надо же! Понял.

Взглянул на меня и спрашивает:

– Кушать?

Как ни в чём не бывало нагло смотрю ему в глаза и киваю. А этот оболтус, совершенно не придавая значения этому не свойственному кошкам жесту, встаёт и направляется на кухню. Блин… может у него кошек никогда не было? Вот он и не понимает, что я какая-то не такая? Вся из себя особенная!

Однако я оказалась не права.

После кормёжки Антон… блин… Антон… как-то в этой ипостаси такое имя не звучит. Даже в уме произносишь, и не нравится. Да и ладно! Будет «Рембо». Или нет… «мой герой»! Так вот, «мой герой» известил о том, что ему наконец-то надо отлучиться, и собираясь уже переодеваться, как-то странно на меня взглянул, и прихватив вещи, удалился в ванную комнату.

Эх… что-то заподозрил. С одной-то стороны, я к этому и стремилась? Да? И это вроде как хорошо.

 А с другой… стриптиза в его исполнении мне больше не видать. А жаль.

–Ну всё, малышка, спи, не скучай, – уходя, произнёс «Рембо».

А мне в этот миг захотелось то ли чихнуть, то ли кашлянуть, и звук получился странный:

– Кхёрн!

– Что? – «мой герой» обернулся ко мне с такой скоростью, что картинка в глазах размазалась.

«Так… галлюцинации», – пронеслось в голове.