За гранью реального

Всего хорошего.

– Спасибо и до свидания, магистр Ветреный, – понимая, что мужчина ждёт моего ухода, произнесла я и вышла из здания.

На улице темно. Да-да! Возможно это ещё не ночь, но поздний вечер однозначно. Неожиданно заурчал, сжимаясь от голодных спазмов желудок. Ещё бы! Во время занятия я так увлеклась, что даже имя родное, кажется, не помнила. Да и вообще время, проведённое в обществе лорда, пролетело незаметно и напоминало захватывающий и увлекательный с информационной точки зрения сон.

Какой уж там обед?

И он изменился. Кардинально. Никаких намёков и фривольных взглядов. Общение было хоть и непринуждённым, но исключительно по существу вопроса. Вспоминая свои прошлые встречи с лордом Элифаном, невозможно было не заметить столь разительную перемену. Это радовало. В том, что это заслуга леди Морганы, сомнений не было. Поклявшись при случае отблагодарить эту добрую, вечно улыбчивую женщину, гонимая голодом, я ускорила шаг.

В столовую вошла, всё ещё пребывая под впечатлением, оставшимся от минувшего занятия.

Как-то на автопилоте подошла к раздаче. Терзаемый муками голода желудок готов был вывернуться наизнанку от умопомрачительных ароматов, исходящих от многочисленных блюд, ожидающих на линии раздачи. А сознание всё ещё пребывало в какой-то эйфории.

– Как всё прошло? – послышался рядом слегка взволнованный голос, явно принадлежащий леди Моргане, и оцепенение как рукой сняло.

Поднимаю взгляд и ощущаю, как всё внутри меня холодеет.

Женщина выглядела как старуха. В её густой, некогда насыщено каштановой шевелюре теперь преобладают седые пряди. Это что ж получается? Она ради спасения моей чести буквально выжала себя?

Понимаю, что молчание затягивается, но не могу выдавить ни слова. Да и не знаю, что сказать. Заметив мои терзания, леди вымучено улыбнулась и произнесла:

– Не кори себя, деточка. Я знала на что иду. Это откат. Всего лишь откат. К началу занятий всё вернётся, и я буду такой же как прежде.

А я всё так же стою, не в силах оторвать взора от покрытого крупными морщинами бледного лица собеседницы. Что ж он сделал ей такого, коль она готова на такие жертвы лишь бы отплатить? Ведь и дураку понятно: не станет ни один здравомыслящий человек настолько изводить себя ради малознакомой девчонки, коей по сути я являюсь для леди Морганы. И чем всё это обернётся для лорда Элифана?

Проблема в том, что язык не поворачивался спросить ни про первое, ни про второе.