За гранью реального

Не могу и всё тут!

– «И встретит сын правящей длани янтарные очи, и войдёт вслед за ними в нижний мир, чтобы те, обернувшись мглою ночною, к свержению Кхёрна его привели», – процитировала я неожиданно всплывшие в сознании, слова «огнегривой».

Призрак как-то уж больно резко шарахнулся от меня, вскрикнув.

– Это ты?! – в голосе не было и намёка на дружелюбие.

– Что? – не поняла я.

– Это для тебя Альранд забрал моё тело! – с обвинением выкрикнул призрак. – Да… я слышала, что оно уже погибло, и да… я не верила, что ты соизволила сдохнуть, – шипела Алсея.

– Так вот какое тело ты выбрала…

– Ты чего? – уже не на шутку перепуганная тихо спрашиваю, а сама, того не замечая отползаю подальше от разгневанного духа.

И вдруг до меня дошло! Алсея решила, что ведьма воплотилась в меня! Ой-ёй… и как же её разубедить-то?

– И с чего такие выводы? – последнее я произнесла уже вслух.

– Не пытайся обмануть меня, Эльма, – рыкнул метающий глазами молнии дух. – Эта часть пророчества вечно была у тебя на устах! О том известно всем! На этом ты и спалилась в моём обличии, да-а? – оплывая меня по кругу, и не отрывая горящего взгляда, протянуло привидение.

О господи! С такими друзьями и враги не нужны!

– Да нет же! Ты не права! – выкрикнула, пытаясь достучаться до сознания разгневанного духа. – Я слышала эти слова от одной рыжей…

– Рыжей, говоришь, – недобро ухмыльнулся дух. – Ну, ну… Вот одного не пойму, к чему вся эта игра? Зачем ты здесь? Тебе мало того, что проделал со мной твой братец, решила ещё нервы помотать? Так с меня уже хватит! Слышишь! ХВА-АТИ-ИТ!!! – возопил дух так, что стёкла в окнах задрожали.

Не успела я и слова молвить, а Алсея растворилась в воздухе, словно её никогда и не было.

Обидно стало до ужаса. Да ещё переживания и кошмары последних дней как-то разом навалились. И я заплакала. Со всеми сопутствующими: сопли, слезы, красный нос, опухшее лицо… И тут, словно гром среди ясного неба, раздаётся стук в дверь.

Делаю вид, что меня нет дома.

Но кто-то там слишком настырный. Входная дверь ходит ходуном, подозрительно поскрипывая и уже едва не слетает с петель, судя по звукам. Ну что делать? Вытираю сопли, слезы и смачно шмыгая носом плетусь открывать.

И тут моя челюсть плавно так… но верно, отпадает. Потому что на пороге… стоит он!

– Кхёрн… – понимая, что приобретаю дурную привычку падать в обморок шепчу я и ощущая, как моё тело подхватывают сильные мужские руки, проваливаюсь в забытьё.