Ведьма в Стоунской академии. Сердце дракона

Но мне было невдомёк, почему: крыло ведь не будет торчать из земли без дракона, да ещё и только одно. Это романтически настроенные женщины Роукля, которым по ночам снятся нечеловечески красивые лица драконов.

Но всё зря: пароны крайне редко обращают внимание на человеческих женщин. А если и посмотрят, не стоит растекаться у ног красавца липкой лужицей, нужно учитывать и возможность гастрономического интереса. Мясо оно мясо и есть. Тут мне немного повезло — на ведьм драконы как на мясо не смотрели.

Зато видели в каждой рабыню, чьи способности можно без зазрения использовать — драконы твёрдо уверены, что служить им мечтает каждый.

Мой отец не мечтал, но порой приходилось. Магический дар в нём проявился очень ярко, Одхин был сильным слышащим камни, мне до уровня отца слушать и слушать. Но кое-что и я могла. Например, будучи у скалы Крыла в прошлый раз, распознала шёпот апофиллита, который в наших краях трудно достать. Каким чудом этот красивый прозрачный минерал с чёткими гранями и стеклянным блеском оказался в Роукле, трудно сказать, но заполучить его захотелось так сильно, что, наплевав на опасную близость с Туманной долиной, я направилась к скале Крыла сразу, как появилось время.

Подошла к Крылу и, закрыв глаза, прислушалась к множеству шепотков. Ощутив тот самый, который уловила в прошлый раз, тяжело вздохнула и посмотрела вверх, туда, где скала сужалась: похоже, что камень выпал из лап дракона и застрял в щели. Не хотелось бы лезть по отвесной каменной поверхности, но другого выхода не было.

Я сделаю всё, что может хоть как-то облегчить страдания матери. Представила, как мама улыбается и любуется сиянием апофиллита, пока тот наполняет её измученное болезнью тело чистой звенящей энергией, и отмела последние сомнения. Полезу!

С подолом, чтобы тот не мешался, пришлось повозиться: я протянула его между ног и заткнула за пояс — получились своеобразные брюки, привязала край посильнее, чтобы конструкция не развалилась в самый неподходящий момент, и подошла к скале.

Ухватилась за выступ и, не обращая внимания на боль от впивающихся в ладони острых краёв, подтянулась. Перебирая руками и ногами, неторопливо поднималась выше и выше — казавшаяся вертикальной скала всё же имела небольшой уклон.

Звон апофиллита манил, как изнывающего от жажды притягивает журчание ручья. Я слышала камень чётче и радовалась, что не придётся лезть высоко.